Началась борьба за жизнь. Олег начал пропадать на работе, аргументируя это подработкой ради моего лечения, а я пыталась не впасть в нервное оцепенение. И если мне еще как-то удавалось держаться, то муж не смог, хотя целый год исправно поддерживал меня. Чего не скажешь о моих родителях. После сообщения им новости о моей болезни, папа и мама перестали со мной общаться — они банально не отвечали на мои звонки. Мне было больно. Очень... Осознавать, что самые родные для тебя люди просто отвернулись от тебя, морально тяжело. Но я все же пыталась оправдать их — они сразу вычеркнули меня из своей жизни, чтобы не мучиться потом... Братья и сестры со мной не общались с момента моего замужества....
Взгляд падает на моих мальчишек: трое ребят спят на диване. Говорила им, чтобы не смотрели мультики допоздна, но кто будет слушать мать в таком возрасте — вот и уснули у телевизора. А мне не жалко! Пусть! Ну смотрели они телевизор до глубокой ночи, но у них должно быть детство, нельзя их лишать этого.
Большинство родителей сейчас стремится максимально загрузить свободное время детей: кружки, секции, репетиторы. В погоне за призрачным «идеальным будущем» своих детей родители забывают о них самих, о том, что им необходимо просто отдыхать: гонять мяч во дворе, разбрасывать игрушки, смотреть мультики... Хотя в современном мире, полностью погруженном в различные гаджеты, говорить о таких вещах, как уличные игры, совершенно не уместно.
Я до сих пор в воспитании ребят стараюсь не применять главенство своего мнения и решения. Для меня их интересы и желания играют важнейшую роль. Но если их решения противоречат нормам и правилам, не ругаюсь, а просто стараюсь доступно объяснить им, что хорошо, а что — плохо. Как в знаменитом стихотворении Маяковского, только с ремаркой — мои мальчишки с этим вопросом никогда не подходят к отцу, а идут ко мне.
Так уж у нас сложилось. Может потому, что я им больше друг и товарищ, чем мама. А может потому, что отец принимал мало участия в их воспитании.
Олег никогда не поднимал на ребят руку, но все его слова, все поступки были направлены на одно — показать, что в этом доме только один мужчина — он, и все должны беспрекословно подчиняться его мнению. Муж стремился показать детям, что мужчина всегда прав, его поступки и слова не оспоримы. Но я старалась научить своих мальчиков жить по-другому: объясняла, что хоть мужчина и глава семьи, но, не прислушиваясь к остальным членам семьи, он не сможет жить спокойно. Учила их любить, сострадать, добиваться всего в жизни...
Абсурдно, сама в жизни ничего не добилась, да и жизнь почти потеряла...
Обидные слезы катятся из глаз, в горле встает ком, зажимаю рот рукой. Я не буду плакать, не буду! Я дала себе слово, что больше не заплачу. Ровно месяц назад, когда за Олегом закрылась дверь, а я сидела на полу, рыдая от отчаяния, и мои дети обнимали меня, тогда я поклялась — сколько бы мне не отпустил Бог времени, проживу и не заплачу больше.
Но как не плакать, как не выть волчицей на Луну? Как вытерпеть скручивающую тебя в дугу ужасную боль от отчаяния оставить своих детей сиротами? Как не сойти с ума от бессилия? Если каждую ночь я засыпаю с мыслью, что утром не проснусь. Просто не открою глаза, не увижу новый день, не услышу перепалку старших сыновей, не почувствую, как младший сын обнимает мое лицо, заглядывает мне в глаза и тихо говорит:
— Моя мама...
Как сдержать рвущийся наружу из самого сердца крик? Только постоянно говоря себе — нужно жить ради детей! И я живу ради них! Встаю каждый день, превозмогая сильные головные боли, постоянную слабость и усталость, и живу... живу, пока могу. Но что будет дальше? Я не знаю...
Сегодня выходной, суббота, но мне нужно уйти. Ребят я предупредила еще с вечера, что утром уйду на работу, точнее, на ее поиски. Те небольшие сбережения, что у меня есть, тают с каждым днем. Я и так не покупаю последние две недели никакие лекарства, забросила все лечение... Понимаю, что этим подписала себе смертный приговор, но по-другому нельзя.
Еще раз бросаю взгляд на сыновей. Коля спит, прижавшись к Пете слева, а Вовка справа. Мои богатыри... Знаю, что бы не случилось, Петька не даст братьев в обиду. Мальчики не знали, что я больна. Но в день ухода отца, после всего ими услышанного, я рассказала об всем... Было тяжело. Даже тяжелее, чем самой узнать, что больна. Я смотрела в глаза самых дорогих для меня людей на земле и говорила, что скоро уйду от них, просто возьму и исчезну из их жизни. Такое сложно пережить взрослому, а каково ребенку? Каково ему знать, что его мама скоро умрет?