Вэл стоит в недоумении после моих слов. Мы оба знаем, что я не могу быть беременной из-за последствий лечения. И только одной мне ведомо, что это значит для женщины: боль — не иметь возможности подарить ребенка любимому человеку. Если бы не безграничная любовь Вэла, я бы не выдержала, я бы умерла...
Хотя я почти это сделала... осознание пришло глубоко после... там, на операционном столе, я видела, как врачи спасают меня, слышала, как пикают приборы... а еще я слышала, как отчаянно за стеной молится мужчина, прося Бога спасти меня...
До сих пор не знаю, сон это был или явь, но именно в тот момент я поняла — я буду жить! И живу, радуясь каждому дню. У меня больше нет длинной косы, но моя короткая стрижка скрывает шрам на голове. Я не сижу целыми днями дома, но постоянная работа приносит огромное удовольствие. Детей вижу вечерами, но минуты рядом с ними бесценны. У меня молодой, успешный муж, но для него не существует ни одной женщины, кроме меня.
Теперь я знаю точно — испытания должны быть в нашей жизни, пусть суровые, пусть ломающие судьбы, но обязаны. Они нас закаляют, делают сильнее, снимают всю ту шелуху, которую мы на себя нацепляем, и оставляют только чистое зерно. Трудности делают нас сильнее, помогают понять, кто твой друг, а кто враг, что на самом деле главное для тебя.
Моя болезнь не просто открыла мне глаза, она заставила меня переродиться, стать другой — настоящей, живой, сильной. Полюбить всем сердцем, подарить тепло другим людям. Теперь мне не страшно ничего, теперь я преодолею все преграды, потому что рядом не просто надежное плечо, рядом человек, чье сердце бьется в унисон с моим.
— Я не могу родить тебе ребенка, — как не стараюсь, голос дрожит, — но у нас так много тепла, а на свете столько детей, которым его не хватает, может...
— Я согласен, — говорит он, перебивая меня, и вздыхает с облегчением. — Как ты меня напугала... я подумал... тебе же нельзя, врач говорил о возможном рецидиве при новой беременности... Знаешь, я сам вырос в приемной семье и получил столько любви, сколько не познал в своей. Ты не права, Вера, это не ты отдаешь долг — это мы оба должны вернуть долг за наше счастье. Я люблю тебя...
Бонус
(Немного от автора: события бонуса некоторым могут показаться «притянутыми за уши», НО — автор может немного пофантазировать и подарить нашим героям счастье, которое они заслужили!!!)
много лет спустя
— Алекс, веди осторожнее,это тебе не Австралия! — ругаю мужа и тут же заливаюсь смехом, видя его до невозможности сосредоточенное лицо.
— Не говори мне ничего под руку! — сердито бубнит муж.
— Хорошо, — соглашаюсь с ним, но никак не могу угомониться, давно не видела его таким серьезным. — Ты словно за рулем автомобиля лет десять не сидел.
Алекс бросает на меня очередной сердитый взгляд, потом снова сосредотачивается на дороге. Вот говорила ему — давай отправимся на поезде или автобусе с Москвы. Категоричное «нет».
— Поедем на машине, — только и ответил мне муж.
И вот теперь мы преодолеваем московские пробки, чтобы выехать на трассу и добраться, наконец, до места назначения. Нам никак нельзя опаздывать, ведь сегодня наш взрослый сын станет студентом военного училища.
Честно признаюсь, я противилась этому решению до последнего. Битва дома стояла жуткая: Алекс встал на сторону сына, они вдвоем сломили мое сопротивление, хотя я до сих пор «партизаню», и уговорили меня дать добро. Отпускать Сашку за сотни километров, пусть и в родную страну мне, совершенно, не хотелось — решилась. У сына, как оказалось, была мечта — стать военным, но нигде нибудь, а именно в России, ведь русская армия самая лучшая. И вот сегодня мечта осуществиться в полной мере: сегодня сын принимает присягу.
— Мам, смотри, подъезжаем, — раздается голос дочери с заднего сидения.
И правда, статуя, изображающая герб города, оповещает нас о прибытии в конечный пункт.
— Хорошо, — произношу я и вся напрягаюсь.
Сына не видела два месяца. Так надолго мы не расставались с ним никогда. Как он здесь? Конечно Сашка звонил, рассказывал, как проходят вступительные экзамены, как он живет, но что это для матери, если ее ребенок не рядом.
Все время, пока сын был не дома, Алекс поддерживал меня сильнее обычного. Он, вообще, очень сильно изменился за эти годы. Мне порой даже не вериться, что передо мной тот самый мужчина, от которого я сбежала на край света. Алекс стал чутким, нежным, любящим мужем и отцом. Да, иногда в нем проскальзывает та суровость, которая была в нем раньше, но на меня и детей она не распространяется. Каждый взгляд мужа, адресованный мне, просто лучится теплом и любовью, хотя, иногда, в нем проскальзывает страх и боль — он до сих пор боится потерять нас. И я всеми силами стараюсь, чтобы эти чувства как можно реже посещали мужа — Алекс изменился и полностью искупил вину за прошлые ошибки.