Глава 7
Кира не присутствовала на встрече с Гарвелом. Их сотрудничество обсуждалось за закрытой дверью между Сэмом и Алексом. Это были подготовительные этапы. Но на самом деле Алекс не хотел допускать личного контакта Гарвела с Кирой.
– Основные пункты мы обсудили, останется доработать общие положения, – подытожил юрист и закрыл папку с предварительным договором. – Я разошлю оба проекта по соглашению в ваши офисы.
Сидящий напротив Сэм Гарвел с нетерпением ждал, когда юрист уйдет из кабинета и оставит их с Крузом наедине. Алекс понимал это, потому не торопился уходить. Когда дверь закрылась, Сэм откровенно сказал то, что хотел:
– Ты ведь знаешь, почему я иду на эту сделку. Только из-за нее… Я же вижу, что ее глаза не горят от любви к тебе. Или ты блефуешь, давая мне понять, что она твоя. Также я могу предположить, что Кира тебя не любит, а это уже шанс для меня.
Алекс и сам не знал, почему провоцирует Гарвела на подобные выводы. Это могло навредить делу, но его дух соперничества и брошенный вызов стали решающими в его желании заполучить Киру. Миллионы долларов вообще были ни при чем, потому что глаза обоих мужчин горели огнем борьбы за женщину, которая по сути не была нужна ни первому, ни второму. Просто так вышло, что им обоим нужно было доказать одно: эта шикарная женщина достанется только лучшему.
– Удачи тебе, Гарвел, – дерзко кинул Алекс, вставая со своего места.
– У тебя нет шансов, Круз. Кира хочет семью, детей, и я готов ей дать все это. Если для тебя это просто игра – не мешай мне делать ее счастливой.
– Гарвел, ты упустил свой шанс давным-давно, – спокойно ответил Алекс и ушел, оставив Сэма размышлять о причинах такого ответа.
Алекс шел по длинному коридору к лифту. Вдруг он услышал звук быстрых шагов за спиной и обернулся. К нему приближался Эндрю.
– Как хорошо, что мы встретились, – произнес брат, выдавливая из себя подобие улыбки.
В их семье отношения между братьями всегда были натянутые и неискренние. Это и неудивительно, ведь тысячи миллионов долларов, которые складывались в миллиарды, стирали все человеческие качества, превращая людей в бесчувственные машины, стремящиеся увеличивать нескончаемое количество нолей после запятой. Они оба прекрасно знали, что место отца однажды будет принадлежать лишь одному из них. И если для Алекса это никогда не имело особого значения, так как его личные капиталы были достаточно большими, а влияние в бизнесе заслужено годами кропотливого труда, то для Эндрю наследство представляло важный аспект в его дальнейшей реализации на пути к контролю корпорации. Но вот какая ирония судьбы. Теперь, когда у Эндрю не было возможности зачать собственного наследника, стало ясно одно: Алекс получил все и сразу, так как доля отца и брата рано или поздно окажется в руках именно младшего наследника.
– Неужели ты соскучился? – пошутил Алекс, хотя голос его был ровным и бесстрастным.
– Нам нужно поговорить, – серьезно сказал Эндрю.
– Давай поговорим.
– Тогда поднимемся в твой кабинет.
Братья зашли в лифт и поднялись на этаж Алекса. Они прошли мимо стола секретарши, которая как обычно разговаривала по телефону.
– Я слышал, ты уволил ее, – заметил Эндрю, не обращая внимания на то, что девушка их прекрасно слышит.
– Я тоже так думал, – отшутился Алекс, понимая, что брат всегда умел подлавливать важные моменты.
Напротив стола секретарши обосновалась Кира, и, конечно же, это тоже не ускользнуло от внимательного взгляда вице-президента компании. Еще одна секретарша? Но вопрос на этот счет он так и не задал.
Алекс же увидел, что Киры нет на месте, и это натолкнуло его на неприятную мысль. Возможно, сейчас она с Гарвелом. Его настроение моментально испортилось. Войдя в кабинет в стиле модерн, который так не нравился старшему брату, Алекс настроился традиционно слушать его критику.
– Господи, у тебя ужасный вкус. Даже не знаю, где ты нашел дизайнера, который сотворил всю эту безвкусицу. У меня ощущение, будто я в мраморном зале.
– Я рад, что смог тебе угодить своим выбором, – съязвил Алекс и растянулся в улыбке.
Мнение брата его никогда не волновало: Эндрю был снобом и закоренелым консерватором. Эта категория людей раздражала Алекса больше всего. Братья были абсолютно разными и внешне, и во взглядах, и касательно любого вопроса у них возникали разногласия. В основном они виделись за столом совещаний раз или два в неделю, и это их абсолютно устраивало.