Он замолчал, давая возможность вспомнить тот день. Но Кира и так его отчетливо помнила, хоть и не подозревала, что Райт ей настоящий отец.
– Почему ты не поговорил со мной тогда? Я ведь была совершеннолетней.
– Я не хотел рушить твой мир. Ты была такой сильной, энергичной. В тебе горел огонь. Ты хотела покорить этот мир в одиночку. Разве я имел право рубить твои крылья? Такая ужасная правда могла сломить твою безудержную страсть к жизни, – сказал Райт, и в его глазах выступили слезы.
Да, такая правда уничтожила бы ее. Все было так сложно и запутанно, что даже в зрелом возрасте она была так сильно поражена безумством близких ей людей.
Она взяла себя в руки и вытерла непослушные слезы, затем залпом осушила бокал вина. Горло сводил спазм, Кира была на грани истерики.
– Хорошо. Предположим, вы говорите правду и я поверила услышанному от вас. Понятно, что уже ничего не изменить. Так чего вы хотите от меня? – спросила Кира бесстрастным голосом.
Она была слишком опытна, чтоб сразу верить людям, пусть даже своему отцу. Нужно было во всем убедиться точно.
– Почему вы решились на разговор именно сегодня?
Он застыл, бледный и оскорбленный. Возможно, он хотел понимания, сочувствия. Но Кира ждала ответ, и только.
– Я хочу, чтоб ты знала: все расходы на тебя оплачивал именно я и никогда не забывал о тебе. Ты моя единственная дочь. И может, ты не веришь мне, но я люблю тебя. Почему именно сегодня? Я узнал, что ты работаешь у Круза, и меня это напугало. Ты даже не представляешь, что это за люди. Мне необходимо предупредить тебя, оградить. В твоих глазах я ненавистный конкурент Крузов. Раньше ты бы не послушала меня. Возможно, послушаешь как отца.
Кира неожиданно вспомнила всё за последние месяцы и мысленно согласилась с Райтом. Крузы – беспощадные и опасные манипуляторы, которые всем управляли и уничтожали соперников ловко и быстро. Любой неугодный им моментально попадал под пресс этой троицы и оказывался в самом низу без права на восстановление. Единственным, кто до сегодняшнего дня сдерживал ее, был Алекс. Она испытывала к нему чувства, которые не поддавались контролю или описанию. Она грезила, мечтала о нем. И всегда, когда они оказывались близки, в следующее мгновение возникала пропасть. Теперь же, зная правду, Алекс стал недосягаем, как само солнце. Дочь Райта, да еще и наследница части акций. Нет, Крузы вступят с ней в войну и постараются уничтожить.
– Вы хотите официально признать меня? – спросила Кира, подразумевая все юридические последствия этого поступка.
Райт тяжело выдохнул и свел брови на переносице.
– Я хочу этого уже много лет, но боюсь последствий. Крузы стравят на тебя всех собак. Мы ввяжемся в войну с ними.
– Я ведь могу просто продать им акции и закрыть вопрос, – сказала Кира.
Райт отрицательно покачал головой.
– Пойми, речь идет об огромных деньгах и правах на имущество гигантских масштабов, – он сделал паузу, – но если ты решишься, я поддержу тебя и помогу.
Кира задумалась, о чем-то размышляя.
– Думаю, сегодня не стоит обсуждать еще и это… – сказала она и потерла плечи, будто смертельно замерзла. Ее трясло, хотя в помещении было тепло.
Райт кивнул, согласившись с ней.
Кира избегала смотреть на мужчину. Она устала и хотела уйти, спрятаться в нору, как затравленная лиса. Вдруг девушка приняла решительный официальный тон:
– Я проанализирую предоставленную вами информацию и постараюсь сложить объективное мнение. Мне очень хочется услышать версию мамы.
Она встретилась взглядом с Райтом. Перед ней сидел малознакомый мужчина, который назвался ее отцом. Теперь она видела свое сходство с ним. Разрез глаз и цвет, форма носа, даже черты лица были похожи. Кира давно выбрала его своим идеалом и всю жизнь подражала ему.
И тут девушка вспомнила Ника. Ее сердце заныло. Господи, почему она не послушала предупреждения Райта? Не нужно было открывать эту папку. Теперь остается только сожалеть о своей глупой импульсивности.