– Я не передавала никому информацию. И не сделала бы это ни за какие деньги. Это все, что могу вам ответить.
– Этого недостаточно! У конкурентов наша конфиденциальная информация. Как она у них оказалась, если над ней работала только ты? – окончательно освирепел он. – Я так зол, что едва сдерживаюсь! И все потому, что ни хрена не пойму, зачем тебе это понадобилось. Не верю, что сама так подставила себя. Ты слишком для этого умна. Скорее поверю, что тебя Райт шантажировал или заставил! Если это так, то признайся, и я поставлю этого типа на место.
– Я же сказала: он не имеет к этому никакого отношения, впрочем, как и я.
– Ты посмотри на нее! До тебя не доходит? Или скажешь вескую причину тебя не садить, или ты загнешься в тюрьме. Это я тебе обещаю! –проорал он.
– Что тут происходит? – услышала Кира голос врывающегося в кабинет Алекса.
На его лице можно было прочесть тревогу и решительность.
Господи, она не хотела, чтоб Алекс узнал о позорном обвинении. Сейчас он ее возненавидит. Она не сможет ничего доказать. Ее умело подставили.
– Отлично, что ты соизволил явиться. Твоя протеже нагло слила секретную информацию конкурентам и получила за это огромный куш. Вот только, видимо, недооценила нас. Не успела смыться. Сам разбирайся с ней. Я жду от тебя результатов, – сухо сказал отец сыну, требуя самых жестких мер.
Он уходил лишь потому, что не хотел больше смотреть на Киру. Его интуиция подсказывали: в этой ситуации что-то явно не так. Но он не хотел нервничать еще больше, его сердце давно работало на пределе. Единственным его желанием было выпить успокоительное. Круз-старший вышел. Алекс быстро подошел к ней и взял ее за руки, они были холодными и дрожали.
– Ты в порядке? – спросил он и обнял ее.
Кира, не веря в происходящее, спросила Алекса с надеждой в голосе:
– Постой, ты не веришь в эти обвинения?
– Конечно, не верю. Ты ведь непричастна к этому?
– Нет, Алекс. Меня подставили. Я даже ума не приложу, как можно было все это так умело устроить. Но доказательства вполне весомые. Придется нанять хорошего адвоката… Ты ведь правда мне веришь?
Нервы Киры сдали. Она кинулась в его объятия, отчаянно желая, чтоб он действительное ей верил. Господи, какой кошмар! Ей казалось, что все происходящее – просто страшный сон. Все было настолько плохо. Рациональность и практичность сменились отчаянной паникой.
– Кира! Ты имеешь представление, как произошел виток информации?
– Нет. Вся информация напрямую попадала ко мне… – она осеклась, потому что в кабинет вошли Эндрю с охраной и полицией.
У нее вдруг мелькнула мысль: «О Боже… От мамы». Не веря собственной абсурдной и ужасающей догадке, она наблюдала, как Алекс сцепился с Эндрю.
– Что ты себе позволяешь?! – взревел Алекс.
– А как по-другому? Ты ведь не можешь защитить интересы компании, – провоцировал Эндрю.
В кабинет вошел отец.
– Сейчас же успокойтесь и пройдите ко мне в кабинет! – яростно скомандовал он и метнул в сторону Киры уничтожающе презрительный взгляд.
Все вышли, кроме Чарли. Кира, убитая эмоциональным потрясением, едва дошла до стоявшего рядом стула. Она как могла старалась держаться. Но с паникой и страхом в одночасье справиться было сложно. Ей угрожала тюрьма. Нужно было как-то спасти себя. Выяснить, кто так умело подставил ее и, главное, зачем? Кира вспомнила о словах Алекса: «Они убили переводчика…» Это случилось несколько лет назад. Ужас и тревога за мать пробрали ее, как электрическим разрядом. Господи, она не созванивалась с матерью уже несколько дней. Кира вскочила со стула и подбежала к Чарли:
– Послушай, Чарли, я прошу тебя, можно мне позвонить маме? Это всего лишь один звонок в твоем присутствии. Я должна убедиться, что у нее все в порядке, – Кира готова была сейчас отдать всё за один звонок.
– Я не могу тебе этого разрешить, – отрезал он. – Это против правил.
– Пожалуйста, это дело жизни и смерти. Чарли, меня явно подставили, и я волнуюсь за мать: она была переводчиком в этом деле. Ты ведь в курсе об убийстве предыдущего переводчика, – взмолилась Кира, едва сдерживая слезы.