Глава 22
Алекс волновался и с тревогой следил за дверью комнаты, из которой должна была выйти Кира. Сегодня он намеревался постараться хоть как-то загладить содеянное. Он знал, что его затея обречена на провал. Как только Кира узнает правду, между ними все будет кончено раз и навсегда. От этой мысли его воротило.
Дверь отрылась – и на пороге появилась Кира, одетая в белый халат. Его это удивило, но он не подал виду. Для него не важно было, как она одета. Только бы не злилась, не обижалась на него после его объяснений. Он был так виноват перед ней.
Она посмотрела на стол, искусно сервированный Сарой. Он наблюдал, как она приближается к столу уверенно и с достоинством, не пряча взгляда. Абсолютно бесстрастна. Алекс знал ее достаточно хорошо, чтоб понять: такое поведение свидетельствует о том, что она настроена вести себя исключительно в установленных правилами игры рамках.
Их последняя встреча была отвратительной. Его поведение должно было обидеть ее, но он, похоже, ошибся. Это была сильная, волевая женщина, и он восторгался ею и желал именно по этой причине. Как только она вошла, в нем загорелось желание. Перед глазами предстал образ, в котором он заставил появиться ее в прошлый раз, – обнаженная и податливая, покорная и желанная. Он отвел взгляд потому, что ему нужно было собраться с силами и объясниться, решиться заговорить первым, ведь сложно признаваться в своей глупости впервые в жизни. Нет, он и раньше ошибался, но никогда не трудился исправить содеянное. В его руках был уже почти пустой бокал, но алкоголь лишь усугубил его состояние. Стало еще сложнее контролировать себя.
Итак, он скажет Кире о том, что ее подставил Эндрю, хотя в этом деле и к ней есть масса вопросов, поэтому придется и дальше разбираться в ситуации. Еще он объяснит, почему вел себя так отвратительно и молил Бога, чтоб Кира его простила.
Алекс снова поднял глаза на девушку. Они оба молчали, не решаясь начать разговор. Неловкая тишина усугубила обоюдное недопонимание. Каждый из них по-своему истолковал нежелание говорить.
Кира собралась с духом и подошла прямо к Алексу. Она решилась взять все в свои руки, ведь знала, чего именно он от нее хотел.
– Кира, что ты делаешь? – изумленно спросил Алекс, когда она без слов распахнула халат и рывком отбросила его на пол.
Абсолютно нагая Кира предстала перед мужчиной, которому сегодня собиралась отдать себя взамен на свободу.
– Это очевидно. Не волнуйся, в этот раз я сделаю все как положено.
От ее слов и намека на секс, в котором она сегодня собирается проявить свой темперамент, в нем все встрепенулось. Только эти мысли пронеслись в его голове, как он моментально возбудился, пришел в боевую готовность и одновременно испугался, что ее решительность не позволит ему объясниться, как он хотел. Алекс попытался отстраниться от нее, остановить. Прочитав его намерения, Кира стремительно уселась ему на руки и крепко обхватила бедрами его ноги. Глаза ее горели решительностью. Она помнила свою ошибку в прошлый раз и теперь знала, чего он хочет от нее, поэтому впилась в его губы поцелуем, приложив все свое умение и страсть.
В эту минуту Алекс уже потерял над собой контроль. Его интуиция подсказала ему, что сегодня действительно их последняя совместная ночь. Если он желает получить ее тело – это его последний шанс. Впрочем, все благие намерения будто испарились, когда она поцеловала его с языком, да так искусно и умело, как не целовала ни одна женщина до этого. Алекса переполняли яркие эмоции, восторг, радость, желание и еще неведомая ему раньше эмоция, которую он никак не мог обозначить, она будоражила и усиливала возбуждение в сто крат.
Будто охмелевший от близости голого тела Киры, он едва мог дышать, голова кружилась от переполняющей страсти и вожделения. Ее руки быстро пробежались по его телу. Несколько секунд – и все пуговицы на рубашке расстегнуты. Кира тесно прижалась горящей полной грудью к его торсу, продолжая умело целовать его губы, шею, мочку уха. Когда Алекс подумал, что более вынести не может, Кира усилила напор и начала плавно, но ритмично вращать бедрами, максимально соприкасаясь с его возбужденным членом. И хоть он пока оставался в брюках, ему казалось, что он прямо сейчас готов кончить от нереального перевозбуждения. Поняв это, он сделал слабую попытку перехватить инициативу и хоть как-то начать контролировать процесс и свое тело, иначе при таком умелом натиске Киры все могло закончиться в любой момент. Но она расценила это как его желание все остановить.