— Спасибо огромное, Владимир Валерьевич, - наконец соизволила я поблагодарить доктора, - а завтра можно мне её навестить?
— Думаю, да. Но после обеда. До свидания, Елена, - в трубке послышались гудки.
Я громко и не красиво выдохнула.
— Положил трубку, - зачем-то сказала я и посмотрела на потухший экран телефона, протянув его Метельскому.
— Видишь, Лена, все в порядке у твоей бабушки. Завтра навестим ее.
— А ты тут каким боком? - грубо ответила, - Я сама поеду в больницу.
И меня осенило:
— Это ты оплатил операцию?
— Я, - просто и без эмоций ответил мне Паша. Но, посмотрев на меня продолжил, - или ты думала, это сделал кто-то другой?
Думала, конечно, думала. И это был не ты. Все в голове сложилось. Разве мог едва знакомый человек оплатить операцию? Пригласил несколько раз на свидание, осыпал комплиментами, предложил встречаться, позвал в столицу - а я и растаяла. Решила, что за мои красивые глаза, Никита оплатит операцию. Наивная! Нет, Озеров хороший человек. Но, в эту самую минуту я поняла, что мне с ним не по пути.
Не отпустил меня ещё Паша в моих мыслях.
Метельский понял, что в моих мыслях, он был последним человеком на кого я подумала. И только усмехнулся, никак не прокомментировавших это.
— А теперь давай поговорим о том, что случилось пять лет назад…
Легкий стук в дверь прервал его.
— Да, - рявкнул.
В проёме показалась голова Борьки. Через секунду дверь полностью открылась и на пороге появились мои верные коллеги. Они стали очень медленно заходить в кабинет.
— Что-то ещё? - улыбка Метельского больше походила на оскал.
Мила и Жанна быстро спрятались за спину охранника. Секундное замешательство, и они взяли себя в руки, заходя в кабинет.
— Мы ждали Лену внизу. Хотели проводить её. Она ведь себя ещё не очень хорошо чувствует. Решили спросить, как у неё дела, - проблеяла Мила из-за спины Бори.
— Иииии.. - нетерпеливо проииииикал Метельский.
— Видим, что все хорошо. Лена, мы принесли твои сумку и плащ, - Боря забрал из рук Жанны мои вещи и протянул.
Метельский встал из-за стола, подошёл и выхватил сумку и плащ. Прошёл несколько метров и швырнул их на кресло.
— Всё у вашей Лены прекрасно, - все-таки открыл рот.
— Тогда мы пошли. До свидания, Павел Константинович, до послезавтра Лена, - попрощался за всех Боря.
— Спасибо, ребята, - попрощалась я, вложив в эти два слова всю свою благодарность.
Когда, в очередной раз, дверь закрылась за моими коллегами, Метельский продолжил:
— Лена, теперь нам никто не помешает. Твои друзья ушли, больше нас никто не посмеет побеспокоить.
— Да, наверное, ты прав. Мы должны выяснить наши отношения, которых нет уже пять лет.
— И кто в этом виноват?
— Так получилось. Пять лет назад…. - начала я, собираясь с мыслями.
Дверь без стука опять открылась. В кабинет влетел Высоцкий.
— Да, чтоб тебя, твою мать… - только и озвучил Хозяин кабинета.
— Паша, ты представляешь… - начал Дэн.
— Высоцкий, это не может потерпеть до завтра. У нас с Леной серьезный разговор.
Дэн посмотрел на Метельского, потом на меня. Прикинул что-то в голове и выдал:
— Нет. Дело касается Лены, - я была благодарна ему за оказанную передышку.
Они прошли к рабочему столу и сели. Метельский на своё место во главе, а Дэн напротив, на стул для посетителей.
— Ты, как всегда оказался прав, - начал Высоцкий, - и свет, и вентиляции были отключены намеренно.
— И это сделала Нина Борисовна, - констатировал Паша.
— Ууууу, с тобой совсем не интересно. Да, это она. Что будем делать? Начальник твоей службы безопасности настаивает на возбуждении уголовного дела.
— А безопасник этого здания? - задал резонный вопрос Метельский.
— Тут все сложнее. Начальник службы безопасности этого здания настаивает - понять и простить.
— В смысле?
— Оказывается, твоя Нина Борисовна и он крутят шашни. То бишь, встречаются.
— Он замешан в этом деле?
— Нет. Мы все проверили. Просто, Нина Борисовна, была уверена в своей безнаказанности. Что он, даже если, и докопается, не даст ход.
Но ты спутал ей все карты. Подключил свою личную службу безопасности.
— Так, безопасника уволить. На Нину Борисовну возбуждаем уголовное дело, - вынес вердикт Метельский.
— Подождите, а можно ее просто уволить? - стало жалко эту, уже не молодую женщину, которая всеми правдами и неправдами пыталась пристроить свою племянницу.