- Мы еще посмотрим, я наведу о вас справки, не будет Маруська за таких шалав подписываться. Отдыхайте пока, я еще до вас доберусь.
- Ну как ты, Ксения, она ничего тебе плохого не сделала?
- Терзала мое тело своими мерзкими ручонками, я бы убила ее, ну ладно мужик, но бабы зачем к бабам лезут, какой им кайф от этого.
- Имеют, даже очень неплохой кайф, вошли в раж и не могут остановиться. Им обязательно нужно пакость кому-то сделать. А эта Васька хочет быть здесь главной и всеми управлять, да чтоб боялись ее все, но мы не будет. Будем бороться до последнего.
Постепенно я втянулась в работу, таская тяжелые отрезы тканей, помогала закройщице. И все же это не сидеть целый день за машинкой, не гнуть свою спину. Девчонки уставали, все тело у них затекало, а куда денешься, дугой работы тут нет. А вечером бежала в клуб, там шли репетиции, а я подыгрывала на фортепьяно. И сама принимала участие в концерте, пела два три романса. Часто туда приходил Роман Сергеевич, посидит, послушает и уходит. Я спросила у других заключенных, у него, что и семьи нет. Оказалось и жена и двое детей, но он большую часть времени проводил на работе, так сказать, проявлял производственное рвение. В этот вечер было все как обычно, прошла репетиция. Роман Сергеевич отослал всех из помещения, оставил только меня. У меня заныло сердце, зачем, он так никогда не делал. Он подошел ко мне, - а ты ничего, красивая, схватил меня за волосы и притянул к себе.
- Хочется тебя попробовать на вкус, ну, куда рванула, стоять я сказал. Подойди ко мне, - но она бросилась бежать, он догнал ее, и втащил в небольшую коморку. Закрыл дверь на засов. – А теперь раздевайся, да не смотри на меня так, я здесь хозяин и все будут подчиняться мне, и ты в том числе, не таких строптивых уламывал.
- Но так не честно, нужно делать все по обоюдному согласию, - подала голос Ксения.
- Это кто тут о своих правах заговорил, ты мелкая дешевка, я тебя могу в порошок стереть, или Ваське отдать на растерзание! А у тебя уже была с ней стычка, я обо всем узнаю первым. Иди ко мне, и будешь делать то, что я тебе скажу. Раздевайся, и меня раздень, я люблю так играть с вами, кошечки.
- Я не буду, вы не заставите меня! - но тут же получила удар под дых. Согнулась пополам и хватала воздух ртом.
- Ну, что лапочка, продолжать будем, ты отсюда живой не выйдешь, понятно!
Со слезами на глазах стала раздеваться, потом начала стягивать с него одежду. От него пахло противно, потом и алкоголем, выпивоха. Я задыхалась от зловония, он снял кепку, и я поразилась, он был плешивый, да такой страшный, что выть хотелось. Он заломил меня и повалил на топчан, при этом терзая мою грудь и тело. Рычал ерзая на мне, а под конец схватил меня за волосы и издал гортанный крик. Я хотела свалить его, но он не поддавался и тут же начал продолжать свою игру, хлюпая в луже своего же удовольствия. И так продолжалось долго, я счет времени потеряла. Он отпустил меня, всю опустошенную, мне даже жить не хотелось, так это мерзко и противно, вся слюнявая, и даже помыться негде. Еле передвигая ноги пошла в свою камеру, но при этом зашла в туалет и обмылась холодной водой. Около входа меня ждала Марина.
- Посмотри на меня, что с тобой Ксения, откуда ты такая!
- Роман Сергеевич занимался со мной любовью часа два, все Марина я больше так не вытерплю! А он меня теперь не оставит в покое, говорит ему понравилось со мной заниматься любовью! Но разве это любовь, самое настоящее насилие над личностью! Ты не представляешь какой он противный, слюни вожжой льются, да такой вонючий!
- Успокойся, Ксения, я тут тебе помочь не могу, может не будешь ходить в этот клуб.
- Не захочу, заставят, так он мне сказал. И еще сказал, пока ему не надоест, он будет заниматься со мной репетицией и смеялся при этом. Говорят, у него семья, дети, так какого же черта он тут ошивается.
- А ты не поняла, сливки с баб снимает, как только попадется интересная, он тут как тут и тогда купается в сметане. Подожди, а ты как же так, без предохранения-то, что теперь будет?
- Я не знаю, - Ксения заплакала, - откуда тут что, пойдем Мариночка, я спать хочу!
Но я не спала, не могла уснуть, я и сейчас ощущала на своем теле его мерзкие руки. За что мне такое, это все Глеб виноват, выйду отсюда и расправлюсь с ним. Сама расправлюсь, никого не буду привлекать, мне теперь все равно.
18
ГЛАВА 18
ПЕТР И ДАША
Наметили день свадьбы. Приглашенных было много коллеги Глеба по работе и другие деловые партнеры. Тут даже не он решил, а Виктор настоял на этом. Не гоже такому крупному бизнесмену справлять свадьбу в узком кругу, надо все делать с размахом, положенным по его статусу.