- Об этом уже знает вся школа, - ко мне подлетела Арина, хватая за руку. - Оказывается, что можно легко добыть это видео. Как ни странно, но оно не дошло до учителей и директора.
- Хотя бы этим успокоила, - стараясь не замечать косых взглядов, мы направлялись в класс.
- Знаешь, я думала, что ты будешь вести себя по другому.
- Как?
- Под стать своим чувствам…
- Будто меня режут тупым ножом? - она неуверенно кивнула. - Да, я это чувствую. При родителях я веду себя так, как не вела прежде, с ним же я равнодушна. Я веду себя так, чтобы они не узнали о моих истинных чувствах. На самом деле мне очень больно. Я была предана тем, от кого ожидала этого меньше всего. Он влюблял меня в себя намеренно, чтобы поглумиться надо мной, чтобы растоптать мое сердце, чтобы я перестала доверять людям. А самое главное, что он не испытывает даже половину того, что испытываю я. Он презирает меня. Презирает за то, что я полюбила, что я полюбила свою недокопию.
На этом я остановилась, так как мы пришли. Зайдя в класс, все стали делать вид, как будто обсуждают что-то. Настя старалась говорить громче всех, при этом слишком громко и наигранно смеясь. Я, нацепив маску равнодушия, села на свое место, чем удивила Руслана - он брезгливо отодвинулся от меня. Я могла сесть с Ариной, но попыталась сохранить остатки гордости и показать всем, что этот случай не может меня сломить.
- Я достал это видео, как ты и просила, - тяжело дыша, сказал Паша, когда мы сидели на лавочке в школьном дворе после уроков.
Я повертела диск в руках и положила его в сумку. Потом мы немного посидели и отправились по домам. Дома я посмотрела видео, а после сломала диск пополам. Сегодня был какой-то праздник на работе у родителей, поэтому они должны вернуться только под утро. А все это время я старалась не выходить из своей комнаты. Но и это продолжалось не долго. После ужина братец куда-то ушел. А я спустилась вниз почитать. Ближе к одиннадцати он вернулся пьяный в сопровождении брюнетки.
Честно признаться, было больно, но я ничего не могла с собой поделать. Сейчас я даже сравнила себя с мазохистом, так как я поднялась за ними, когда захлопнулась дверь в его комнату. Глотая слезы, я прислушивалась к стонам, стоя под дверью. Именно в этот момент мой любимый доставлял наслаждение другой…
========== Глава 12 ==========
Весь прошедший апрель я старалась как можно меньше находиться дома. Нет, это было не из-за брата. Как раз наоборот. Руслан каждый день пропадал где-то вместе со Стасом. Я просто не могла смотреть в глаза родителей. Я их так опозорила. Если им кто-то расскажет, то меня выгонят из дома, а если не выгонят, то сама уйду.
Я гуляла. Вместе с Ариной и Пашей. Паша так и не помирился с братом, хотя я этого хотела. Ему было плохо в дали от своего лучшего друга, я видела. Но он упорно игнорировал его из-за его сволочного поступка. С каждым днем он становился все мрачнее и мрачнее, задумчивее.
В школе я слышала перешептывания за спиной. Арина хотела покончить с этим раз и навсегда, припугнув сплетников, но этим только усугубила ситуацию. Приходя в школу, мое лицо оставалось “каменным”. Мне было обидно и больно до слез, за такое отношение ко мне, но я продолжала ходить в это учебное заведение, чтобы не вызвали родителей и не озвучили причину моих пропусков.
Руслан. Его я продолжала любить, но не подпускала к себе. Я всегда знала его местонахождение. Чаще всего он пропадал в клубах с новой девицей на ночь. А недавно он начал встречаться с какой-то светловолосой девушкой. Но родители о ней не знают, зато знает вся школа. Я продолжала причинять себе боль, смотря на фотографию, где мы в обнимку улыбаемся на нашем Дне Рождения, представляя, что он меня любит.
Сейчас май. Я не обращаю внимания на смешки. Мне просто не до этого, потому что я решила все-таки поступить на бюджет - да, да, я полностью поглощена учебой. Стараясь хоть так искупить свою вину перед родителями. Но с братом мне все равно приходится встречаться на уроках, сидя за одной партой, и на консультациях по черчению и МХК, а также дома нам приходится разговаривать при родителях, хотя не понимаю, почему он меня все еще не сдал.
- Скоро будет эстафета, - вещал Даниил Эдуардович. - И в ней будут принимать участи: конечно, чета Гришиных, без них никуда; Закирова, Давыдов, Романчук, Меринов, Кастровской, Ветров, Онисимов, Симонова и Градова. Состав ясен? - все хором ответили “да”. Я как всегда бегу последний этап, а перед этим мне передает палочку брат. Вот где я опять с ним встречусь.
- Мы как в старые добрые времена будем бегать вместе, - зайдя в туалет, я достала нашу совместную фотографию и разговаривала с ней. - Также, я надеюсь, ты помиришься с Пашкой.
- Нет, - уперев руки в бока, сказал Паша. - Я не буду с ним мириться. Он этого не заслужил.
- Я прошу тебя, - взмолилась я. - Он мне дорог, - тихо сказала я, перед этим осмотревшись по сторонам. - Он тоже страдает без твоего общества, а когда ты будешь рядом с ним, то мне станет легче.
Он согласился. Может, я на жалость надавила, но он согласился. Осталось только, чтобы Руслан не облажался. Уверенным шагом Паша подходил к брату, а я наблюдала за этим из-за угла. Рядом с ним стояла его девушка, которая учится в колледже - она прогуляла пары и пришла навестить его.
- Покурим? - слегка угрюмо спросил парень. Брат удивился, но в его глазах промелькнула радость от слов друга.
- Ты же меня ненавидишь, - сказал он, но направился к выходу из школы.
- Эй, ты меня бросаешь? - взвизгнув, спросила девушка, но брат, чуть поморщившись, проигнорировал ее. Я же была рада этому, поэтому гордо вышла из-за угла и толкнула ее “нечаянно” в плечо.
- Теперь ты знаешь, почему я это сделал, - докуривая сигарету, сказал брюнет.
- Тогда почему ты не объяснишься с Виолеттой? - недоумевал Паша.
- Потому что меня могут посадить, уж пусть лучше она меня ненавидит, а после окончания школы я ей все расскажу, обещаю, - бросив окурок, сказал Руслан.
- Но это жестоко, друг, - обняв своего лучшего друга, сказал Паша, радуясь, что он не просто так поступил так с сестрой. - Но как ты мог совратить ее? - поморщившись, спросил Паша.
И тут Руслан завис. Он ведь не сказал другу, что испытывает влечение к собственной сестре, к его второй половине. Но и в этот раз он отвертелся, даже ему он этого не скажет.
Я рада, что парни помирились, Паша даже стал вести себя как прежде, правда Арине это не нравится. Я рада только за Пашу, потому что на Руслана я обижаюсь. Как бы мне не хотелось почувствовать себя любимой, я не могу заново довериться брату, да ему это и не нужно. Порой мне кажется, что он совсем забыл о моем существовании.
- И так, одеваем нашу парадную летнюю форму, - неся пакет в руках, сказал физрук. - Мы должны продолжать держать первенство этой эстафеты. Из года в год мы выигрываем, за что все боятся соперничать с нашими учениками в легкоатлетической дисциплине, - Даниил Эдуардович всегда этим гордится. - Жаль, что основная масса бегунов, - тут он улыбнулся, - находится в выпускном классе, поэтому нам придется расстаться.
Даниил Эдуардович никогда сентиментальностью не отличался, но эта была его больная тема. Он не хотел отпускать нас с братом из школы, когда мы заканчивали девятый класс, и не хочет отпускать сейчас. Но переростков здесь уже не держат. Разобрав летнюю форму, которую нам дают только на День победы, я оделась, но забыв булавки, на которые нам надо будет прикрепить номера, побежала к Паше.
- Братка, выручай, - мне было параллельно, что это мужская раздевалка, и что большинство парней стояли с открытыми ртами в одном нижнем белье. - Я булавки дома забыла. Специально положила перед дверью и забыла.