- Мам, ты же понимаешь, что я хочу побыть с ним наедине, - ответила я ей. Прости, мамочка, мне пришлось тебе соврать. Не говорить же тебе, что не могу взять с собой брата, потому что схожу с ума по нему. Пускай, я лучше буду “встречаться” с приглянувшимся тебе парнем.
- Как скажешь, дорогая, - мило улыбнулась та. - Руслан, ты с нами домой поедешь? - к нам подошли папа и брат. - А то Виолетта собралась гулять с Дениской. Ты помнишь такого самого Дениску, в которого она влюбилась? - заговорщически подмигнув ему, спросила мама.
- Конечно, мам, - усмехнулся брат, прекрасно зная, что именно он является предметом моих мечтаний. Но не волнуйся, братец, не надолго ты будешь занимать такое важное положение в моей жизни!
Распрощавшись с друзьями, я заметила, что брат ушел в неизвестном направлении, не зацикливая на этом внимание, я ждала Дениса. Парень не заставил себя долго ждать. Он шел мне на встречу, широко улыбаясь и неся в руках цветок. Эта картина меня очень растрогала, даже слезы появились на глазах.
- Привет, красавица, - он протянул мне цветок и обнял.
- Не называй меня так, прошу, - заныла я. - Ты меня смущаешь.
- Хорошо, - он улыбнулся. - Как вечер прошел?
- Меня никто не доставал, родители не узнали о нас с братом, а также я получила почти идеальный аттестат, - понимая, что именно он хотел спросить, ответила я. - Куда пойдем?
- На мост, - он пошел вперед, но, когда заметил, что я не иду, остановился. - В чем дело?
- Это Питер - здесь везде мосты, - издевалась я.
В итоге мы прогуляли всего три часа. В каком-то роде, это было похоже на свидание, вот только я люблю другого. Все это время мы просто гуляли по городу, фотографировались и разговаривали на разные темы, иногда задевая мои и его проблемы. Как оказалось, он не против союза его отца и матери Насти. Хм…. При упоминании имени бывшей одноклассницы, я больше не переживаю. Меня больше не волнует ее существование.
Дома все спали, поэтому я старалась как можно тише пробраться к себе в комнату. Мне было интересно: приехал ли Руслан с родителями или ушел гулять. Но сейчас я явно не буду это проверять. Переодевшись в ночное белье, я легла спать.
- Дениска тебе цветочек подарил? - лукаво спросила мама за завтраком в кругу семьи.
- Откуда ты знаешь? - я не понимала, как она могла узнать об этом.
- Ты его в прихожей оставила, но не волнуйся, я его уже в вазу поставила в гостиной, - она искренне радовалась за мою “личную” жизнь, которой нет, а я так обманывала ее. Прости меня, пожалуйста. - Мы с папой кое-что хотели вам сказать, - через некоторое время сказала мама.
- Мы до конца июля едем отдыхать на Барбадос, - сказал папа, держа за руку сияющую от счастья маму. - Мы взяли отпуск, поэтому просто обязаны весело провести время. Вам весь завтрашний день на сборы, и послезавтра мы уже будем на месте.
Я была рада. Всегда любила лето, особенно если поехать на море, а с родительской работой нам это не часто удавалось. Я поблагодарила маму за завтрак и побежала звонить Арине. Подруга не обрадовалась, так как она поедет к бабушке в деревню тоже до конца июля - она будет помогать в огороде. Но был в этой ситуации и минус - весь август нам придется усердно готовиться к поступлению в университет, куда все уже подали заявления.
Также я успела сообщить об этом Паше и Денису, первый не хотел отпускать меня с братом, а второй не хотел отпускать вообще. Кое-как уговорив мальчиков успокоиться, я начала потихоньку собирать свои вещи.
Приземлившись на остров, мы первым делом пошли заселяться в отель. Мы сняли почти самый дорогой номер, хотя в этом не было необходимости, но этого захотела мама - так как в этом номере мы будем жить все.
Я стояла с открытым ртом, рассматривая предметы роскоши. Я всегда считала, что мы не бедно живем, но с этим наш дом не сравнится.
- Выглядишь как крестьянка в светском обществе, - нагло ухмыляясь, сказал Руслан.
- Не лезь ко мне, - ответила я. - И вообще, выйди из моей комнаты.
- Кто сказал, что она твоя?
- Руслан, надо уступать даме, - вступился за меня папа. - Иначе, вы будете спать вместе, - пошутил он, но мы не смеялись. Поймав на себе взгляд брата, я скорчила ему лицо и отвернулась. - Кстати, здесь есть выставка скульптур, вы просто обязаны туда сходить, - и после короткой паузы добавил. - Сейчас.
- Мы собираемся стать архитекторами, а не скульпторами, - поправил его Руслан. Папа нашу профессию всегда по-разному называл: строители, прорабы, каменщики (при чем тут они, вообще не понятно).
- Но и это вам будет полезно, - сказала подошедшая мама.
- Воу, - ухмыльнулся брат. - Все с вами понятно: вы собираетесь заняться взрослыми делами. Нельзя было сразу так сказать? - готова поклясться, что мама слегка покраснела.
- Руслан, - к нему обратился папа. - Следи за своими словами. Думай, с кем ты разговариваешь.
- Что с тобой происходит, ребенок? - спросила мама. - Ты стал таким распущенным. Что произошло, сынок? Может, мы сможем помочь?
- Летта, пошли, - он схватил меня за руку и быстрыми шагами пошел на выход.
Не знаю, что его так задело, но он не обращал внимания на мои сопротивления. Я, конечно, давно уже мечтала, чтобы он прикоснулся ко мне, но сейчас мне было не комфортно. Мы уже вышли на улицу, все еще держась за руки.
- Мне больно, - всхлипнула я, когда уже не смогла стерпеть хватку брата. Он обратил на меня внимание, и в его глазах я могла прочитать беспокойство.
- Извини, - отпустив мою руку, с сожалением сказал он. Но через секунду на его лице снова появилась презрительная ухмылка. – Пошли уже, не будем мешать старичкам.
С той самой вечеринки я перестала узнавать своего брата. До этого он мне всегда казался добрым, заботливым, внимательным, любящим, а сейчас он был резким, его легко было вывести из себя, на меня смотрел с отвращением. Мне даже кажется, что до этого он носил маску и скрывал свое истинное обличье. Как же мне хотелось вернуть своего прошлого брата, не было бы этих запретных чувств.
Мы все-таки посетили эту выставку, до нее мы шли в полном молчании. Даже когда мы осматривали скульптуры, молчали. Я поначалу тоже была увлечена этими произведениями, но через некоторое время мне это надоело, и я наблюдала за братом: как он двигается; как блестят его глаза, когда он смотрит на понравившуюся скульптуру; как он хмурит брови и закусывает губу, когда фигура вызывала у него противоречивые чувства. И я начала понимать, что не скоро смогу разлюбить его.
- Давай, хотя бы сфотографируемся, - угрюмо предложил мне Руслан, показывая на фотоаппарат, который висел у меня на шее.
Мне понравилась эта идея, поэтому я начала фотографировать скульптуры и его. Теперь настала очередь Руслана ходить за мной. Сфотографировав очередную скульптуру, я повернулась к брату, чтобы он сфотографировал меня, но его не было. Почему-то это меня задело. Как он мог так поступить, я ведь его не бросила.
- Я ходил за напитками, - я резко развернулась в другую сторону, увидев Руслана с двумя стаканами апельсинового сока в руках. – Я по взгляду понял, что ты меня потеряла, - он не ухмылялся, а говорил на полном серьезе.
- Спасибо, - и только сейчас я заметила, что очень хочу пить. Взяв из его рук стакан, я начала пить, присев на мягкую лавочку. Руслан устроился рядом, потягивая свой сок. – Куда дальше? – мне так не хотелось заканчивать прогулку.
- Пошли, поедим, - он выкинул пластиковый стакан и пошел на выход. Я последовала его примеру.
Мы шли минут десять, но так и не проронили ни одного слова. Я уже хотела попросить его зайти в первое попавшееся кафе, как он остановил какого-то прохожего и обратился к нему по-английски.