— Какая жалость, — не унималась Джулия, на лице у которой теперь расцвела язвительная ухмылка. И что на неё нашло?
— Раньше я всё никак понять не мог, почему вы повсюду парочкой ходите, как приклеенные. С виду такие разные, что диву даёшься, как вообще подружились. Но теперь-то до меня дошло. Как там говорят?.. «Скажи мне, кто твой друг, и я скажу, кто ты».
— Джулс, — предостерегающе бросила Аннель, но та её проигнорировала.
— Завидуешь, что ли? У тебя-то друзья вообще есть? Вот уж вряд ли среди многочисленных женщин для них нашлось место в твоей голове, запрограммированной трахать всё, что движется.
— Беспокоишься о моём окружении?.. Слышал, вы с Питером целый спектакль разыграли, когда ты отказалась вслед за ним увольняться. И он подобно Отелло вцепился тебе в горло.
— Козлина, — лениво протянула в ответ она.
— Кто?
— И ты, и Пит.
— А я-то тут причём? — не понял Роланд.
— Ты обидел мою девочку, — её рука властно приобняла Аннель за плечи. — А этот грех даже пострашнее.
— Кто ещё кого обидел, — огрызнулся он, повернувшись к ним спиной. — Мне её малолетний хахаль хорошенько машину помял, ремонт влетел в круглую сумму, но я с неё ни копейки не потребовал. Правильно говорят: «в тихом омуте черти водятся». Будет мне уроком на будущее.
— Я же сказала, что понятия не имею, кто он и почему так поступил.
— Ну да, как же.
— Вот же ты мудак! Ещё и на неё вину скидывать смеешь? Сначала посмотри на то, как сам живёшь, кобелина с повышенными аппетитами! Может, одна из твоих бывших затаила обиду и подослала знакомого отомстить за разбитое сердечко.
— Сама на себя посмотри, тоже мне святая нашлась, нимфо…
— Ты ещё и тявкалку раскрывать смеешь! — рявкнула Джулия и неожиданно вцепилась ему в волосы.
Роланд дёрнулся в сторону и попытался её оттолкнуть, из-за чего она разозлилась ещё сильнее. Огрела его по лицу звонкой пощёчиной, оставившей след в несколько царапин, и снова потянулась к взлохмаченной шевелюре.
Перехватив подругу за тонкую талию, Аннель оттащила её в самый дальний угол. Та, естественно, воспротивилась подобным мерам. Брыкалась и вырывалась так, словно на кону стоял вопрос жизни и смерти. И почти добилась своего, когда нечаянно ударила её локтём в бок.
— Дура психованная! — в сердцах выкрикнула он, коснувшись заалевшего участка лица.
— Дай мне выцарапать этому ублюдку его мерзкие зыркалки!
Створки лифта распахнулись. И ни теряя не секунды драгоценного времени, Роланд нажал на кнопку первого этажа и выскочил в коридор. И уже стоя в безопасности, напоследок показал им средний палец.
— Стой, скотина! Отпусти меня! Лия, твою мать!
Джулия продолжала бесноваться даже после того, как двери лифта снова сомкнулись.
— Аннель, — холодно поправила она и выполнила её просьбу.
Подруга не рванула к панели управления. Наоборот, замерла как громом поражённая. А затем круто развернулась и, кардинально переменившись в лице, нежно взяла её за руку.
— Прости, я нечаянно, — в зелёных глазах плескалось искреннее раскаянье, а на алых губах растянулась тревожная улыбка. — Этот урод меня натурально выбесил, совсем мозги отключились. Я тебя ещё и ударила, сильно болит? Дай посмотреть.
— Успокойся, — Аннель отодвинула от себя её руки и, не отпуская чужой кисти, вложила в раскрытую ладонь связку ключей. — Я сегодня, скорее всего, задержусь. Хочу пасту.
— Хорошо, поняла! — радостно воскликнула Джулия и стала вслух перебирать разновидности рецептов, прикидывая, что конкретно приготовить. И оказавшись снова на первом этаже, она весело бросила небольшой группе людей, застывшей в ожидании, когда они выйдут: — Заходите, мы катаемся туда-сюда.
— Что-то вроде того, — смущённо подтвердила Аннель, читая на лицах незнакомцев недоумение.
Из-за инцидента в лифте она опоздала. Незначительно, всего на несколько минут. Да и директор никак не прокомментировал её пунктуальность. Однако ей было отчего-то не по себе, словно эти несколько минут растянулись в часы.
Господин Нейпер лично открыл перед ней дверь в крохотную комнату, тянущую в лучшем случае квадратов на шесть. У противоположной стены возвышался шкаф до потолка с приставной лестницей, а перед ним непосредственно рабочее место: скромный офисный стол и простенькое кресло с пластмассовыми подлокотниками и тканевой обивкой. И в эту каморку вела лишь одна дверь — из кабинета директора.
В пору было расстраиваться из-за того, что вместо нормального помещения ей перепала переоборудованная кладовка, но тут взгляд упал на окно. Вернее, на панорамную красоту в стене сбоку. И только начавшее зарождаться недовольство безвозвратно утонуло в щенячьем восторге.