— Да, надо заверить пару документов у нотариуса, — он принялся перебирать стопки, перекладывая пухлые папки с места на место. — Где-то они здесь были… Я точно их сюда клал.
— Мне навести на вашем столе порядок?
— Нет! Ни в коем случае, — от испуга дядя даже голос повысил, чему сам же и смутился. — У меня всё лежит на своём месте. Может, со стороны выглядит как полный бардак, но у этого бардака есть строгая структура. Ладно, пока можешь идти.
— Потерянные документы многое говорят о структуре вашего бардака.
Дядя возмущённо зыркнул на неё, но ничего не ответил.
Стоило Аннель опуститься в кресло, как в приёмную вернулась Джулия с парой высоких картонных стаканов. Чудесный аромат свежесваренного кофе тут же заполонил всё помещение: бодрящим горьким эспрессо с едва уловимой сладостью карамели и пряности кардамона.
— Люблю тебя, — промурлыкала она, потянувшись к одному из стаканов.
— Продажная душонка, — цокнула языком подруга при одном взгляде на её подхалимскую физиономию. — Там внизу на доске объявлений вывесили распоряжение о необходимости всем сотрудникам компании собраться в двенадцать часов в актовом зале. Народ кипиш страшный поднял.
— То-то ещё будет…
— В кофейне наткнулась на Кристен и Бьянку. Они уверены, что компания обанкротилась и нас собирают, чтобы объявить о массовом увольнении.
— Вполне в духе этих паникёрш.
— Как-то ты подозрительно спокойно реагируешь… Ты что-то знаешь?
— Да, и ты скоро узнаешь.
***
Маленькая ссадина на указательном пальце тянулась от ногтя до сустава, переходящего в третью фалангу. Аннель провела подушечкой большого пальца по шершавой неровной линии и подковырнула ногтём корочку на болячке. Но вместо ожидаемой крови увидела полоску новой, ещё бледно-розовой кожи.
Под окнами пронеслась машина скорой помощи, вспоров тишину кабинета пронзительной сиреной. Перед глазами пронеслись картины с задыхающимися, бьющимися в агонии и изливающимися слезами людьми. Открытые переломы, рваные раны, пулевые ранения. И как за чью-то драгоценную жизнь отчаянно сражались парамедики, с серьёзными лицами, измазанными чужой кровью.
— Что вы чувствуете, когда думаете о переменах на работе? — спросил ненавязчивый, хорошо поставленный голос.
— Мне страшно, — ответила Аннель, не отрывая взгляда от своих рук.
— Чего именно вы боитесь?
— Не знаю… мне просто очень тревожно. Привыкать и подстраиваться под нового человека. А если он окажется плохим человеком? Да, я понимаю, что в любой момент могу уволиться и уйти из-под его влияния. Но есть же такие люди, которые вроде вредят, но недостаточно сильно, чтобы разорвать эти порочные отношения. Приходится терпеть мелкие трудности, пока тебя гоняют в соседнюю кофейню, поскольку в местной начальника не устраивает тип используемой арабики. Закрывать глаза на щепетильные и неприятные ситуации, когда приходится прикрывать любовные похождения начальника от внезапно заявившейся на работу жены. Тебя вынуждают врать, лебезить и испытывать презрение к самому себе. И вроде всё это мелочи, но даже они накапливаются в снежный ком, который однажды может снести тебя с ног.
— Но вы всегда можете снова подняться на ноги.
— Если ничего не сломаю в процессе падения, — мрачно усмехнулась Аннель. — А со сломанной шеей подняться на ноги весьма проблематичное занятие, скажу я вам. Сколько занимает реабилитация подобных травм? Год? Два?
— И снова вы это делаете, — деликатно улыбнулась психотерапевт. — Активируете свою защитную реакцию и уходите от неприятной темы.
— Да потому что сейчас это бессмысленно обсуждать. Как ни сотрясай воздух словами, мои страхи никуда не уйдут. Тем более не безосновательные страхи. Или вы хотите сказать, что среди тех, кто добрался до власти, одни сплошь одуванчики?
— Ваша проблема в том, что вы всегда ориентируетесь исключительно на неблагополучные сценарии, которые базируются на ложном фундаменте, состоящем из негативных представлений об окружающем мире и населяющих его людях. И у нас никак не получается вывести вашу экзистенциальную позицию из состояния: «Я не в порядке — Ты не в порядке».
— Проще говоря, я — пессимистка, которой надо стать оптимисткой?
— Реалисткой. Нужно не заменять негативные представления на позитивные, а обрабатывать информацию по мере её поступления и адаптироваться к той среде, в которой вы оказались без вреда для ментального здоровья.
Захотелось горько усмехнуться, услышав до оскомины приевшиеся за годы слова. Доктор Ландау помогла ей выйти из тяжёлого состояния, нарекла новым именем и теперь продолжала консультировать уже по проблемам более бытового характера. Найти своего специалиста не так уж и просто. Поэтому, несмотря на высокую цену беседы, Аннель продолжала посещать её кабинет с неизменной регулярностью.