– Ты только не замыкайся в себе. Я верю, что все будет хорошо. Мы совсем справимся.
– Мам, я в порядке. Посмотрим…
Не смог закончить фразу, закрыл глаза. Не хочу огорчать маму. Она сильно переживает, и я боюсь, что это может отразиться на ее здоровье.
В аэропорту нас встречала скорая помощь. Дорога до клиники заняла около часа. За это время я успел поспать. В самолете спать не хотелось, да и голова была занята различными бездушными мыслями.
Последние часы полета мы с Камиллой смотрели сериал “Как избежать наказания за убийство”. Сначала я скептически отнесся к выбору сестры, но уже на второй серии меня охватил интерес. Будет теперь чем заняться в больнице.
Никогда особо не любил смотреть телевизор, теперь, видимо, придется. А может лучше начать читать книги? Последний раз я читал, наверное, еще в школе.
Едва мы переступили порог больницы, как собрался консилиум врачей. Меня повели на осмотр. Сделали МРТ, очередное, я уже начал привыкать к этой замкнутой шумящей махине.
– Егор Дмитриевич, я сейчас вас отвезу в Вашу палату. – ко мне подошла медсестра. – Ваши родители могут пройти с нами.
Медсестра катила инвалидную коляску, родители шли рядом о чем–то тихо переговариваясь.
Видно, что клиника дорогая. Хороший ремонт, специальные приспособления для инвалидов. Обратил внимание, что смогу свободно передвигаться по ней. Широкие проходы с огромными панорамными окнами, через которые дневной свет проникал внутрь, от этого помещения и переходы клиники были в разы светлее, чем в других подобных учреждениях. Стены были выкрашены в светлые бежевые тона, а на полу постелена плитка светло–серого цвета, в окна проникал не только свет, но и свежий весенний воздух в слегка приоткрытые форточки.
Из–за больших окон и такого интерьера, казалось, что я нахожусь на открытой террасе, где–то за городом. А если остановиться и посмотреть в одно из окон, то глазам предстал красивый парк, много деревьев и кустарников, которые только начинали цвести, тропинки, выложенные тротуарной плиткой, лавочки, выкрашенные в белый цвет, и даже несколько закрытых беседок, так же выкрашенных в белый. Парк пустовал, скорее всего, из–за того, что сейчас было время обеда и дневного сна, если я правильно понимаю распорядок дня таких клиник, да и любых больниц.
Коридоры, переходы и помещения больницы были оборудованы специальными пандусами для колясочников и каталок. К слову, все учтено.
Прокатив меня по нескольким таким переходам, мы поднялись на лифте на второй этаж и меня завезли в мою новую палату. Как долго мне еще придется переселяться из палаты в палату, я не знал, и от этого мое настроение становилось все мрачнее.
Увидев свою палату, я офигел: она выглядела как хорошая двухкомнатная квартира. Она состояла из двух жилых комнат и совмещенного санузла. В одной комнате стояла специализированная кровать с поручнями, шкаф–купе и прикроватная тумбочка. На окнах, к моему удивлению, висели не жалюзи, а шторы, что больше одомашнивало обстановку. На полу постелен ламинат, а стены, как и во всей клинике, выкрашены в бежевые тона. В другой комнате стоял большой диван темно–зеленого цвета, возле дивана круглый пушистый ковер, на котором стоял небольшой журнальный столик, а напротив дивана висел большой телевизор, а под ним тумба и домашний кинотеатр.
Вот вообще не ожидал, у меня язык не поворачивался назвать это палатой и да, осознав, где я буду проводить некоторое время, мое настроение немного улучшилось. Хоть какое–то разнообразие и будет чем себя развлечь. Кстати, у дальней стены я обнаружил небольшой кухонный уголок с холодильником, микроволновкой и кофемашиной. Мои губы непроизвольно расползлись в предвкушающей улыбке. Сто лет не пил кофе, и мне кажется, что я стал ощущать этот неповторимый, чуть горьковато–терпкий аромат.
После долгого перелета я хотел сначала принять душ и переодеться в свежее белье. Но едва подумал об этом, в палату открывается дверь и заходит пожилой мужчина.
– Добрый вечер. Егор Дмитриевич, я ваш лечащий врач. Меня зовут Владимир Юрьевич. Добрый вечер,– обратился к моим родителям, которые встали по обе стороны от меня. – Завтра, в девять утра, я вас прооперирую. Отек увеличился по сравнению с последним МРТ. Если, конечно, в больнице, в которой Вам его делали, правильно расшифровали результат.. К сожалению, запись они не приложили, только описание. Так вот, увеличение отека – не самый хороший прогноз. Во избежание негативных последствий, тянуть мы не можем. После операции я смогу уже скорректировать Ваше лечение.