– Руслан, пожалуйста, отпусти меня, – всхлипнула. Он, услышав всхлип, моментально оторвался от меня и посмотрел растерянно и с недоумением.
– Поль, ты что? Почему ты плачешь?
– Отпусти меня, – еще один всхлип. Он быстро убрал руку с моей талии и отступил на шаг. А я, несмотря на него, тихо выскользнула из комнаты. Руслан за мной не пошёл, за что я была ему очень благодарна.
В коридорах и комнатах царил полумрак, но всё же было не настолько темно, чтобы возникла необходимость включить свет. Я прошла на кухню и закрыла дверь. Села за стол и, сложив руки на столе, положила на них голову. Как чувствовала, что совместная ночёвка ничем хорошим не закончится.
Не знаю сколько я так просидела, мне даже стало казаться, что я погружаюсь в сон. Но тут на мои плечи опустились чьи–то руки. Испуганно подскочив, я развернулась и увидела перед собой Руслана, уже одетого.
– Полин, извини меня, пожалуйста. У меня рядом с тобой тормоза слетают. Обещаю, что такого больше не повторится… пока ты сама меня об этом не попросишь. Пойдём в комнату, я постелил себе на полу.
– Хорошо, – я встала всё ещё с опаской наблюдая за Русланом, но он со своей стороны не делал в мою сторону никаких поползновений, и я, немного расслабившись, пошла в выделенную для нас комнату.
И действительно, в комнате на полу я увидела импровизированную кровать, на которую он лег, не раздеваясь.
Я не стала раздеваться и быстро юркнула под одеяло, повернувшись на бок спиной к Руслану.
Заснула не сразу, долго прислушивалась к дыханию лежащего на полу Руслана. Но постепенно глаза закрылись, и я погрузилась в сон без сновидений.
Проснулась утром от того, что мне в лицо светило солнышко. Подскочив на кровати, я поняла, что уже время близится к обеду, так как за окном ярко светило уже взошедшее солнце. В комнате никого, кроме меня, не было. Импровизированная кровать исчезла с пола, и постельное бельё было стопкой сложены на стуле возле стены.
Потянувшись, встала с кровати, попыталась пригладить руками растрепавшиеся за ночь волосы и пошла на выход из комнаты. Надо было сходить в туалет, умыться и найти ребят.
Выйдя в коридор, мой нос уловил умопомрачительный аромат домашней выпечки. Я даже постояла немного, вдыхая этот божественный запах.
Ммммм… Как аппетитно пахнет.
Со стороны кухни послышались приглушенные голоса, я поняла, что все собрались там. Поэтому, не теряя больше ни минуты, я устремилась в ванную. Когда зашла на кухню, все уже сидели за столом и с аппетитом уплетали пирожки.
– Полька, ну ты и поспать, – жуя, Веня с усмешкой посмотрел на меня. – Ещё чуть–чуть, и ты бы осталась голодной.
– Почему?
– Потому что бабушкины пирожки настолько вкусные, что не можешь остановиться, пока всё не съешь.
– Полечка, не слушай его, здесь на всех хватит. Садись быстрее за стол, пока горячие, – Аглая Федоровна с доброй улыбкой указала на стул рядом с собой.
Я села за стол и потянулась за пирожком.
– Полюшка, тебе чай или молоко?
– Молоко? – удивлённо переспросила, если честно, сто лет не пила молоко. Только если в кофе добавляла.
– Да, молочко, свеженькое, от моей Буренки, сегодня утром надоила.
– А Буренка это...?
– Корова моя, – с улыбкой ответила Аглая Федоровна.
– У Вас есть корова? А почему мы вчера ее не видели?
– Я её на ночь на лугу оставила. На улице тепло было, да и травки на лугу много свеженькой выросло.
– С удовольствием выпью молока.
Аглая Федоровна налила мне кружку молока, и я принялась завтракать, украдкой бросив взгляд на Руслана. Тот, как ни в чем не бывало, уплетал пирожки за обе щеки. Молоко и выпечка были очень вкусные, просто пальчики оближешь.
– А где Снежок? – испуганно спросила я.