Врач выходит из палаты. А у меня опять начинает болеть голова, но я надеюсь, что это от переизбытка информации. Никогда не хотел быть обузой для родителей. Я ведь теперь инвалид. И не понятно, смогу ли когда-нибудь ходить. Бедная мама, она, наверное, места себе не находит. Она так и не смирилась с тем, что я остался служить по контракту. Хоть я ей и обещал, что это всего на два года. И что буду беречь себя, что со мной будет всё хорошо. Она прекрасно знает, почему я не хотел возвращаться домой. Там она, моя маленькая девочка. Я бы не выдержал и в первый же вечер поехал к ней домой. Ведь я так виноват перед ней.
Находясь в своих мыслях, не заметил, как пришла медсестра, и почувствовал только иглу, которую она воткнула в мою руку.
– А теперь постарайтесь уснуть. Вам необходим отдых, – я не стал ничего ей отвечать, просто кивнул головой.
Сил нет, не хочу больше ни с кем разговаривать. Прикрываю глаза и пытаюсь уснуть.
Глава 2. Егор
Утро не приносит облегчения, я по-прежнему не чувствую свои ноги, и у меня продолжает жутко болеть голова. Ночью спал отвратительно, даже после успокоительного. Удалось мне заснуть лишь под утро, и то только после того, как мне дали обезболивающее. Медсестра ворчала, что так часто нельзя пить обезболивающее, но я пригрозил тем, что подниму на уши всю реанимацию. Она ушла за рекомендацией к дежурному врачу и вернулась уже с обезболом.
– Егор, мне не нравится Ваш настрой, – пришел мой лечащий врач, я даже не запомнил, как его зовут, да и особого желания запоминать у меня просто нет.
– Какой может быть настрой. Если я теперь инвалид, обуза для семьи. У меня безумно болит голова. Я не могу даже встать, чтобы сходить в туалет или принять душ.
– Вы не переживайте. У нас есть специальные приспособления для пациентов с ограниченными возможностями, и как только мы переведем вас из реанимации, вы сможете искупаться. Может, я назначу Вам встречу со штатным психологом?
– Нет, никого мне не нужно. Когда меня переведут?
– Надеюсь, сегодня. Голова пока будет болеть, последствия черепно-мозговой травмы так быстро не пройдут. Придется терпеть. Все необходимое лечение Вы получаете в полном объеме.
Доктор начинает проводить манипуляции с моим телом, а я просто лежу и жду. Жду, когда смогу почувствовать себя человеком. Я понял, это мое наказание. Она не простила меня. И вот я теперь расплачиваюсь за это.
– Вы меня слушаете?
– Я задумался. Меня переводят?
– Да, я не вижу показаний для того, чтобы держать Вас в реанимации.
Он уходит, а я опять возвращаюсь мыслями в тот день. Один из самых ужасных дней в моей жизни. День, после которого моя жизнь разделилась на “до” и “после”.
Три года назад…
Я проснулся в прекрасном настроении. Поля еще спала, я некоторое время стоял и смотрел на неё спящую, такая красивая, нежная, невинная. Решил не будить ее. Пусть поспит, сил наберется. У меня на нее очень большие планы. Я не насытился ею. Мне так понравилось ее трахать, что я хотел повторить это немедленно. Но… Я приехал сюда не один, нужно срочно проверить Ками и как назло телефон ее недоступен. Коза, жопу надеру! Пытался позвонить Темычу, но он тоже был недоступен. Да что ж такое, вместо того, чтобы приятно проводить время с Полиной в постели, мне приходится собираться и идти в отель, чтобы выяснить, почему Ками и Темыч вне зоны доступа. Ладно, выбора всё равно нет, переодеваюсь и иду к выходу, заодно закажу нам с Полиной завтрак в ресторане отеля. В моих планах сегодня не выпускать Бэмби из домика, но сначала надо её вкусно накормить. Хочу наслаждаться ею, хочу увидеть, как она кончает, и сегодня она обязательно это сделает, и не раз.
Выхожу на улицу и вдыхаю свежий воздух. Кайф… Холодно, но мне нравится. Люблю снежную зиму и небольшой мороз.
Блин… мысленно выругался, забыл оставить Бэмби записку, вдруг проснется, а меня нет, всякие глупости начнут лезть в голову. Пришлось возвращаться. Написал записку и положил на нее подарок, который так и не успел вручить. Но ничего, сегодня после завтрака вернемся и вместе распакуем. Покажу, как пользоваться айфоном, у нее самсунг, и она, скорее всего, не в курсе.