Очнулась от сильного сковывающего холода. Рядом кружили чайки. Немного оглядевшись, я поняла, почему поверхность так не устойчива. Я на палубе корабля. От ужаса и безвыходности я начала дико вопить. Сквозь затуманенный взор я разглядела Гюзаль. Слава Богу, я знаю арабский язык.
Из разговора я поняла, что на этот раз моих следов не должно остаться. Гюзаль готова была заплатить в несколько раз больше, только чтобы меня убили. Я видела, как пираты точили огромный ритуальный нож. Таким ножом, ну в общем, лишали головы. Я Мысленно попрощалась с Анси, поблагодарила его за прекрасно проведённое время. С момента, как меня не станет, я буду для него предательницей. Так Гюзаль сказала. Ему скажут, что я сбежала, прихватив с собой его семейные драгоценности. На палубу поднялся Хусейн. Это был он всё время. В эту секунду в памяти начали всплывать воспоминания одно за другим. Как Хусейн одевался призраком. Как он подолгу разговаривал с Гюзаль. Помнится, она хорошо ему платила за осведомлённость в их семье.
« Ищи подсказку дома» . Что такое? Какую подсказку? Нужно выжить любой ценой….
Меня поставили на колени. Дыхание косой так близко. Слёзы градом катились по моему лицу. .Кажется, смерти придётся еще немного подождать. Послышался звук вертолёта. По палубе открыли огонь из пулемёта. Хусейн поставил меня на ноги. Резко вонзил в меня кинжал и кинул в море.
- ИРНА! НЕЕЕЕЕЕТ! НЕТ! – Ну вот и всё, любимый. Я всё помню, всё это и заберу с собой. Это последнее, что слышала перед погружением в воду. Я успела крикнуть ему на арабском «дуб». А дальше. Дальше воспоминания.
- Ирна, ты помнишь своё обещание – выйти замуж за арабского халифа.
- Ладно , твоя взяла…..
…. Это был их медовый месяц. Ирна тихо спустилась с лестницы и встала за колонной.
- Ну, любимый.
- Гюзаль, хватит! Ирна моя жена.
- Ты мог бы быть дипломатом. Мой отец приготовил для тебя кресло. А как же я? Ты меня использовал. Меня теперь замуж не возьмут.
- Гюзаль, ты сама ко мне пришла той ночью. Я говорил тебе, что не стоит.
- Но ты и не отказывался сильно, не так ли? Интересно, Ирне понравится новость о том, что мы -любовники?
- Остановись. Иначе я расскажу твоему отцу. – Анси ушёл. Ирна достала свой телефон и стала записывать разговор.
- Хусейн, очерни свою хозяйку. Подложи господину фото с её предыдущими любовниками. Сначала её убьём, а потом и с ним разделаемся. Но сначала, я женю его на себе, чтобы прибрать к рукам его достояние.
Анси был в бешенстве, когда узнал о других мужчинах в жизни Ирны. Шестёрки Гюзаль не давали состояться разговору между супругами. В итоге Ирна , через три недели после брака уехала домой. Флешку со всеми подарками Анси, она закопала под дубом в родительском доме. Потом он приезжал мириться. Уговаривал, рыдал, клялся, что и сам виноват. Ирна оставалась непреклонной. Три года её мучили по ночам кошмары и желание бросить всё, уехать к нему. Она нашла себе занятие, чтобы не поддаться искушению – путешествия. Ирна совсем забыла про свой маленький клад, пока однажды в метро не услышала тихую арабскую речь. Они говорили об Анси, о том, что Ирну нужно убрать прежде, чем она откроет рот. Ирна понеслась в аэропорт на машине, взятой в аренду. Она должна его спасти. Пусть он её давно забыл, пусть выгонит её. Сейчас, наверное, Гюзаль его жена. Они, наверное, счастливы. Ну и пусть, зато Ирна уйдёт со спокойной душой. Девушка не увидела вовремя перед собой грузовой машины, в последний момент она резко вывернула руль. Машина на полной скорости вылетела в реку.
АНСАР САХИМ (АНСИ).
Впервые я увидел Ирну на вечеринке, посвященной поступлению в университет. Такая холодная, яркая, как норвежская природа. Судьба распорядилась так, что мне – молодому пареньку, выпала честь преподавать арабский язык на факультете Ирны. Для меня каждое занятие было в радость. Конечно, занятия в её присутствии доставляли много хлопот, но я ей всё позволял. Зато она каждый раз угрожала мне, что выйдет «замуж за арабского халифа и выкупит этот сраный универ». Ухаживать за ней было одно удовольствие. Она знала себе цену. И каждое выбитое из неё «да» приводило меня в неописуемый восторг. Я чувствовал себя истинным мужчиной. Расслабляться она не давала ни на минуту.