- Верочка! Но ведь ты мама! - несмело проговорила Надежда. - Мальчик просто ошибся. Меня и соседка утром с тобой спутала.
- Надюш, Миша не ошибся. Мой мальчик выбрал тебя. Он выбрал себе маму. И правильно. Миша очень умненький. Я знаю, что скоро умру, и он это чувствует. А мама ему нужна. Очень нужна. Вот он и нашел другую маму, здоровую, красивую.
- Вера! - прервала её бывшая актриса.
Жена отца открывалась совсем с другой стороны, это была не мягкая покладистая женщина, которую всегда знала и любила Надя. У этой Вера был твердый мужественный характер.
- Не прерывай меня, Надюша, - попросила Вера. - Дай мне лучше сказать то, что я думаю. Нам всем будет легче, потому что это правда, пусть жестокая, но правда. Мишутка у нас с Димой появился поздно, мы в Сибири в то время служили. Дима все чаще бывал на службе, чем дома. К тому же я начала болеть, уехала сюда, думала: здесь климат мягче, окрепнет мое здоровье. Вот и получилось, что Миша плохо знает своего отца. Я когда начала болеть, с кем только не оставляла Мишу. Мой малыш стал нервным, стал плакать, даже мама мне не начал говорить. Врач так и сказал: мало внимания ребенку я уделяю. Потом мне стало совсем плохо, я вынуждена была сообщить Диме. Дима оставил на время службу, оформил отпуск, приехал, скрывал от меня, что тоже заболел. Только я догадалась. Мы с ним договорились, что Мишеньку оставим с нашими друзьями. А наш малыш словно понял, стал еще чаще плакать, все за меня цеплялся. А я даже поднять его не могу. Вот он сегодня в тебя вцепился, весь засиял, когда ты его на руки взяла. Я ведь Мишутку на руках даже вволю не поносила, не могла. Ты не отталкивай мальчика. Стань ему мамой.
Вера ласково посмотрела на подбежавшего к Наде сына, он показывал ей машинку. Что достал Дмитрий Иванович с высокого стола. Сашенька же в это время сам перевернулся на живот к восторгу Веры, потом опять на спинку, при этом сосредоточенно жевал свою соску и хватал цепкими ручками волосы лежащей рядом Веры. Та терпеливо выпутывала их из цепких пальчиков. Временами малыш находил глазами взрослых и улыбался им во весь свой беззубый рот. В ответ ему были такие же радостные улыбки.
- Вот твой Сашуля гораздо контактнее, - Вера в очередной раз заулыбалась, глядя на упитанного малыша. - Ласковый такой мальчик. Он людям радость дарит. Мне так хотелось его понянькать, но поднять не могу, он тяжелый. Вот видишь, какая я никчемная стала. Как бы мне хотелось увидеть наших мальчиков большими. Знаешь, была бы здорова, я бы уговорила тебя отдать нам Сашулю. Дима хоть и говорит, что надо искать Сашиных родственников, но сам не хочет с ним расставаться еще больше меня. Он-то и не расстанется, а у меня время ограничено.
- Верочка, я буду с тобой рядом. Тебе пересадят сердце, вырастишь ты еще Мишеньку и Сашу большим увидишь, - пыталась утешить её Надежда. - А все его родственники - это я. Искать никого не надо.
- Нет, Надюш, не успею я посмотреть, как вырастут мальчики, - Вера это говорила без надрыва, спокойно. - Надо правде смотреть в глаза.
- Девочки мои, красавицы, идите за стол, и Мишу с собой берите, - позвал отец. - А Сашуле я сейчас его любимый бутылек дам. Я нашему парнище каши наварил. Манной. маленькие. Для чего детям такие маленькие бутыльки делают, нашему Сашке сразу пол-литровый нужен, а лучше литровый. У парня замечательный аппетит.
Отец нагнулся над диваном, взял на руки ребенка, дал ему рожок с жидкой кашей. Довольный ребенок обхватил бутылочку и громко зачмокал.
- Ешь, сынок, ешь, - говорил генерал. - Я из тебя еще настоящего офицера выращу. Мы с тобой еще постреляем. А ты смотри, дочь, что будет. Он сейчас съест и как заорет, это значит, не наелся. Ты не переживай парень. Я тебе еще картошки натолку с молоком. А уж мясо попозже сварю.
- Дима, - напомнила Вера. - перекармливать вредно.
- А недокармливать, еще вредней, - убежденно произнес генерал.
Отец покормил Сашулю, как и обещал, и кашей, и картошкой и положил опять на диван. Остальные сели за стол. Рядом с Надеждой на высоком стульчике сидел Миша. Надежда с удовольствием кормила малыша. Только в отличие от Саши Миша ел совсем плохо. Потом отец и Надежда выпили по капельке коньяка, Вера что-то немножко поела.
Потом много говорили, не заметили, как пришло время обеда для детей. Накормив мальчиков, Надежда пошла укладывать их спать. Дмитрий Иванович колдовал над обедом для взрослых. Вера была с Надей и тихонько говорила, что и как делать. Потом пошла и тоже легла. Надежда немного покачала Сашу. Тот быстро уснул в своей кроватке с высокими спинками. Миша, лежа на детской софе и обнимая голубого зверя, следил за новой мамой тревожными глазами.
- Спи, мой маленький, закрывай глазки, - женщина присела на его кроватку, - мама Надя тебя любит. Очень любит. Я всегда буду с тобой.
Она прилегла с краю. Мальчик обхватил её за шею. Сердце опять защипало. Вскоре успокоенный Миша уснул. Женщина тихо встала и вышла в зал.
- Устала с непривычки? - спросил отец.
Надежда ответила невпопад:
- Знаете, я вам никогда не прощу, что вы скрывали от меня Мишеньку, не рассказали о нем. Я так всегда мечтала о братике. Эх, вы...
Вера опустила глаза.
- А теперь у тебя будет сразу два маленьких... братика, - сказал отец.
- Два сына, - поправила Вера.
Дмитрий Иванович не стал спорить, помолчал и спросил то, что его тревожило все дни:
- А может, дочь, найдем Сашиных родственников?
- Нет, этого нельзя делать, - испугалась Надежда. - Вы же знаете, я тайком унесла ребенка от Жоры. А Жора беспощаден...Да и мой это ребенок. Мой и только мой.
- Но Жора сам мертв. Он сгорел с домом. Я же тебе говорил.
- Пап! - Надежда сказала то, чего продолжала бояться все эти дни, хоть и загнала далеко в душу, не желая, чтобы люди видели её страх. - Ты не знаешь Жору. Он из любой ситуации выберется, даже из могилы... Я не поверю, что Жора Хан мертв, пока сама не увижу...
- Я сообщил в следственные органы, что ты вчера покинула Россию, - прервал ее отец. - Ты не сможешь увидеть его тело, хоть он до сих пор и не похоронен, ты же для всех за границей.
- За это спасибо, - Надежда поцеловала отца.
Неожиданно под окнами загудела, пронзительно засигналила машина. Женщина вздрогнула, испугалась. Побледнела еще больше Вера. Но громкий голос за окном вскоре всех успокоил. Там кто-то кричал:
- Эй, соседи! Я окорочка вам привез! Катька велела передать! Выходите!
Отец и Вера вопросительно переглянулись. Они узнали голос. Он уже не раз так вывал их на улицу. Надежда облегченно засмеялась:
- Это я сегодня утром познакомилась с соседкой. Катя сказала, что надо купить у неё окорочка, они хорошие. Вот я купила.
- Да это же Петя, - поняла первой Вера. - Дима, выйди, принеси, пожалуйста. А то он детей разбудит.
Отец пошел за окорочками. Вера только ахнула при виде целой коробки и еще трех здоровых пакетов, что притащил в дом Дмитрий Иванович. Вскоре Надежда стояла у раковины, тщательно перемывала окорочка и грудки, убирала в морозилку, часть сразу порезала и замариновала, чтобы пожарить на ужин. Саше папка приказал сварить грудку куриную, парень суп мясной любит, довольно и гордо объяснил он. А то скоро проснется и есть затребует. Может, с ним за компанию и Мишутка поест.
Актриса редко готовила раньше. Она старательно выполняла все указания отца и Веры, которая лежала на диване и руководила действиями женщины. Отец продолжил прерванный разговор:
- Надюш, ты не переживай и не дергайся по поводу Хана. Жора убит, это точно. Я говорил со следователем, Тимофеем Засекиным, я давно знаю Тимку. Он когда-то даже дружил с Жорой. Тимка сказал, что Жора убит еще до пожара.
- Что? - Надежда непроизвольно вздрогнула и перекрестилась. - А это точно? - на всякий случай спросила она еще раз.
- Точно. Точно. А даже если и не точно, то дом-то сгорел, погибли все люди в нем, что были. У Жоры хранилась взрывчатка в доме, там так рвануло, все разнесло, горел не только дом, лес еле потушили...
- Жору опознали? - не успокаивалась Надежда.
- Да, опознали. Он убежать пытался, людей своих бросил, дом подорвал, да только опоздал, застрелили его. Тимка знал его в лицо, опознал, и еще кто-то там был. Мать также его была на опознании, какая-то родственница. Больше Сашеньке ничего не грозит. Надо искать его родственников.