— Хочешь порулить дам?
— Нет, это не моё!
— Тогда о чём ты думала? У? Расскажи! Я знаю: ты представляла меня голым? Мм? — он смеётся собственной шутке.
— Саша! — возмущаюсь я, но он и меня рассмешил.
— Признайся! Представляла?
— Я всего лишь любовалась, как ты управляешь машиной!
— Ну, я же гонщик!
— Знаю!
— Нат, признайся, я тогда тебе понравился? — он по-прежнему не унимается, но я догадываюсь, что Саша просто развлекает меня.
— Когда тогда?
— Я вспомнил нашу первую встречу. Помнишь, ты меня клеила?
— Я на тебя не смотрела, меня интересовала только твоя нога! -
— О, так ты всё же помнишь! Нат, ну, ответь, я понравился тебе?
— Волков, какой ты самоуверенный!
Мы весело смеёмся.
Мы молчим, наслаждаясь музыкой и поездкой. Говорить о чём-то совсем не хочется, в машине витает какое-то предвкушение, и от этого на душе тепло и сладко. Снова светофор. Саша, обхватив мой затылок пальцами, тянет меня к себе и целует, впиваясь жадно сладкими губами.
— Сашка, зелёный… — я пальцем показываю на светофор.
Мгновенье — и мы трогаемся с места.
Мне мало этого поцелуя — хочу ещё и ёрзаю на сиденье — меня одолевает прилив эндорфинов.
Саша сворачивает куда-то: я туманно вижу остановку, за ней лесополосу.
— Я не выдержу больше, — хрипит мой мужчина. — Иди ко мне, солнце!
Саша отъезжает дальше от руля на сиденье, освобождая пространство, и тянет меня к себе, потом снова возвращает своё кресло на прежнее место и снова хрипит:
— Нет, лучше назад.
Я всё поняла: он хочет меня здесь, в машине, и я тоже хочу — низ живота уже стянут, и меня нужно срочно заполнить Сашей. В меня словно чёрт вселился. Мы оборачиваемся друг к другу — было б можно, мы взглядом съели друг друга. Окинув меня затуманенным страстью взором, надолго зависая в районе груди распахнутого настежь пальто, он хрипит:
— Что на тебе? Юбка!
Его низкий голос с лёгкой сексуальной хрипотцой вызвал дрожь во всём теле.
— На мне-то юбка, а на тебе штаны!
Мы, как два самых похотливых существа, впиваемся друг в друга пальцами, губами, ртом…Ммм, сладко, пошло, но одновременно сладко. Язык Саши выделывает что-то невообразимое, отчего у меня перехватывает дыхание и выступают слёзы, а я не пытаюсь скрыть громкие стоны.
Голова кружится от поцелуев, от плотоядия.
Сашка в мгновенье перебирается на заднее сидение, спускает брюки вместе с бельём, а во взгляде похоть и непреодолимое желание. Он тянет меня за собой: на заднее сидение и в омут вожделения и страсти.
— Саша, ох, — передо мной во всей красе его «младшенький». Я облизываю пересохшие губы, впиваюсь взглядом в демона-искусителя: он мой, я хочу его, хочу и точка. Меня бьёт крупная дрожь, у Саши сбивается дыхание.
К чёрту всё, хочу его! Прямо сейчас. Не даст — возьму силой! Мокрые трусики холодят кожу, заглушая жар под ними.
Обдавая мужчину горящим взглядом, получая в ответ столько же жара, беру в руки член и забываю — где я, что со мной происходит. Мир сужается до одного предмета. Это было самое вкусное лакомство. Я лижу его, посасываю, проходя пальцами вверх-вниз. Самый вкусный из мужчин постанывает, закрывает глаза, доходит до рычания:
— Натка, что же ты со мной делаешь!?
Всё его состояние было у меня как на ладони: он страдал, умолял, наслаждался, требовал, его глаза то горели лихорадочным светом, то становились мутными омутами, в которых тонуло сознание.
— Глубже, Наташа, — хрипел мой вкусный мужчина.
Я обводила языком головку, сосала быстрее, нежнее, глубже. Я хотела съесть его, но Саша, не выдержав сладкого обладания, подтянул меня под подмышки вверх, стянул вниз мои колготки, отодвинул в сторону мои трусики, и я потерялась в реальности: его каменный член пронзил меня до крика наслаждения.
— Мокрая! Моя! Моя девочка!
Его слова, как в тумане. Его язык во рту вытворяет кульбиты, отдаёт мне свой язык, наши языки сплетаются. Одной рукой Саша придерживает мой затылок, другой помогает мне насаживаться, удерживая меня за бедро и направляя движения. Я уже растворяюсь в наступающем наслаждении, сладкие судороги скручивают моё тело, внутри меня член растёт, дрожит, пульсирует, заполняя меня спермой. Саша стонет, его рычащий голос где-то там, в ласковом тумане.
— У меня есть салфетки, — только это, на большее не хватает сил ни у него, ни у меня.
Очень трудно возвращаться в реальность, когда рядом мужчина, которого боготворишь. Но надо…
— Лучше скажи, куда мы едем? — я снова спрашиваю, когда Саша выруливает на асфальт, весело подмигивая мне. Весело ему! А я, испытав блаженство от нашей близости, отвечаю счастливой, довольной улыбкой.
Хитрая улыбка не сходила с его губ — он окончательно меня заинтриговал.
— Идём? — сказал он и коснулся губ осторожным лёгким поцелуем, когда мы приехали к какому-то дому, одной рукой держа пакеты с едой, а другой обнимая меня за плечи, приглашая в подъезд.
— Кто здесь живёт? К кому мы приехали, Саш? Они ждут нас? — я оставалась в недоумении.
Саша же продолжал хитро улыбаться:
— Ждут, ждут, пошли!
В лифте он нажал на цифру пятнадцать.
— Саш, к кому мы приехали? Что за тайна? — допытывалась я, но хитрец только улыбался и привлёк меня к себе, целуя в лоб.
— Заходи, добро пожаловать домой, Наташенька! — его улыбка стала ещё шире, когда Саша сам открыл дверь квартиры напротив лифта.
— Ничего не понимаю, Волков, объясни же, не мучай! — я вошла в чужую квартиру, а Саша сказал — домой. — Пока не объяснишь, я дальше не двинусь!
Глава 10.1
Я осматриваю просторную прихожую: зеркальный шкаф-купе, встроенные светильники, искусственная зелень.
— Мы дома, Нат, это наша квартира! — повторил Саша, крепко обнимая, целуя лицо и губы. — С днём рождения, родная, а это наш тебе подарок — надеюсь, понравится.
— Не понимаю, Саша!
Саша наконец-то перестаёт меня целовать, но из объятий не отпускает. Да мне особо и не хотелось. В подарок квартира… Меня сильно смущает цена подарка. Я не привыкла пользоваться чужой добротой. И горький опыт предыдущего переселения до сих пор отзывается неприятным жжением и спазмом в горле.
— Саш… а может, мы останемся в той, в моей? — я шагаю пальцами по груди мужчины, раздумывая над их решением квартирного вопроса.
— Ты же не хочешь жить в моём доме? И я согласен…Но твоя квартирка слишком мала, отец прав.
— Отец? — вопрошаю я — я заинтригована..
— Да, и отец, и я, и ты, надеюсь, тоже, — Саша нежно гладит меня по волосам, прижимая мою голову к своей груди. — Нат, мы с отцом решили обменяться: он будет жить в доме, а мы здесь. Здесь уютно, тебе понравится!
А я смотрю на Сашу и думаю: мне будет уютно там, где есть он. Может, я тороплюсь, но Сашка для меня самый родной, понятный и близкий. Красивый, притягательный, как солнечное тепло. Рядом с ним всегда именно так: тепло, хорошо и безопасно.