Ванек уже начал свою отрепетированную речь, а он все стоял и смотрел на эту необычную девочку, похитившую его сердце. Мари, кажется, тоже немного растерялась. И от напора наглого Ввнька, и от пришибленного вида Андрея. Она вдруг остановилась за несколько шагов, улыбка стала гаснуть, и в глазах недоумение постепенно менялось на отчаяние и разочарование.
Ну уж нет, он этого не вынесет. К черту, к черту все! Это его Мари, только его! Его маленькая кокетка, хулиганка, его личный гид в страну сумашествия. Он судорожно вздохнул и, словно разорвав невидимые цепи, развел руки в стороны в приглашающем жесте. И в тот же миг как будто испарились вдруг набежавшие слезки на глазах у Мари, она завизжала и, не заморачиваясь, с разбегу запрыгнула на Андрея. Обвила его руками и ногами, а потом, уткнувшись в шею, все-таки разревелась.
Ванек стоял с открытым ртом и недоуменно смотрел на эту сцену. Потом махнул рукой и развернувшись, пошел обратно в здание универа.
— Я позвоню, Вань , — крикнул Андрей, все еще прижимая к себе притихшую Мари. И уже ей прошептал: — Прости, я сам в шоке. Не ожидал ни встречи с тобой, ни того, что Ванюха возьмется тебя обрабатывать. Он мой бывший сокурсник, мы просто встретились сейчас, честно.
Мари молчала, сопела ему в плечо, успокаиваясь. Но слазить, кажется, совсем не собиралась.
Вместе со своим ценным грузом Андрей осторожно дошел до ближайшей лавочки. Присел. Вздохнул и поцеловал Мари в макушку, продолжая ее успокаивать, поглаживая по спине.
Что же он наделал?. . И как, черт возьми, теперь ему из этой западни выбираться...
17
Мари уже перстала шмыгать носом и, кажется, немного успокоилась. Но слазить с Андрея не стала, крепко обвив его за шею.
— Мари, ты как тут оказалась?
— Приехала поступать. Ты же сам сказал, что так будет лучше. Что нужно переждать, что у меня все получится…
Андрей вздохнул. Он только что ещё раз убедился, что он идиот. И трепло то ещё. Ладно, что хоть в голову этой малышки что-то серьезное вкладывал... но и лапшу на уши он ей тоже знатно навешал.
— Все правильно, да. Нужно поступать.
— На самом деле просто с моими оценками и баллом за экзамены вариантов не много. Здесь мамина подруга работает. Обещала просунуть в коммерческую группу. Так что можешь меня разлюбить и бросить. Мари только веселиться умеет, а ум весь достался в нашей семье не мне, это точно.
— Мари, господи, ну что за ерунду ты говоришь. Как так можно о себе. Мне кажется, ты преуменьшаешь свои способности. И думаю, что ты просто не нашла интересное для себя занятие. Когда нравится работа, тогда и учиться всему хочется. Не всем дано с отличием учиться в школе, но это не значит, что нельзя стать успешным человеком.
— Вот, а мои говорят, что нужно поступить хоть куда-то. Постоянно мне сестру в пример ставят. У нее уже вторая вышка, она просто мега мозг какой-то. Отцу помогает, все решает быстро. А я? Я только и могу, что болтать без умолку.
— Это тоже, знаешь ли, можно с пользой применить. Так ты уже все сделала?
— Да, сделала и шла на автобусную остановку. Тебя увидела. С этим хмырем, правда, не думала, что столкнусь. И как он меня достал, ты бы знал! Проходу не дает. Я уже думала, что ты с ним заодно.
— И только из-за этого разревелась? Он точно тебя не обижал?
Мари помотала головой.
— Я знаю, подружки рассказывали, что он на спор клеит девочек, а потом их бросает. Увидела тебя с ним и вдруг подумала, что ты тоже...
Мари подняла свои неверояные серые глазища на Андрея и взглянула, кажется, в самую душу. Так, что внутри все ухнуло и перевернулось. И даже дыхание сбилось. Он даже не знал, что теперь ей ответить. Что он тоже? Тоже ее не клеил? Или не собирается бросить? Он совершенно запутался в своих мыслях.
И поэтому совершил очень логичный поступок.
Очень.
Он наклонился и поцеловал ее.
Сначала легонько, едва коснувшись ее нежных губ. А когда она ответила, то напрочь забыл о том, что собирался делать. Теперь для него существовала только Мари. Только его маленькая чертовка. Милая, нежная, теплая мышка, так отчаянно прижимавшаяся всем своим телом, так уверенно отвечавшая на его поцелуй. Кажется, у него совершенно поехала крыша. Он не мог остановиться, не мог ее отпустить. Напряжение во всем теле дало о себе знать, сконцентрировавшись внизу живота и отдавая легкой болью. Лучше б бошка болела о том, что ему теперь делать. Но кажется Мари напрочь заразила его своей безрассудностью.