Андрей сидел теперь, как оглушенный. Прав отец. Как вода, впиталась в каждую клеточку, смешалась с кровью, с сутью, не отделить...
— Пап, а какие у нас с тобой варианты?
— Не знаю, сын, не знаю… не ехать никуда, довериться нашим эскулапам…
— Давай так. Я с Изабеллой этой сегодня встречусь. Поговорим о слиянии. О том, чего она хочет. А потом решим. Что, кстати, Коваленко говорит обо всем этом?
— Коваленко я уж год теперь, как уволил.
— Пап, ты сдурел? Как можно уволить юриста? У тебя что…
— Ты меня еще поучи, — рыкнул отец. — Сопляк еще, меня поучать. Не говорил я с Коваленко. Стыдно обращаться, а другим не верю.
– Контакты хоть остались?
— Остались. Там, у меня в блокноте. И адрес, и телефон, и почта.
— Ладно, я сам. Заодно увижусь, соскучился я по дядь Паше. Вы же с ним, сколько я помню, вместе работали, общались. Надеюсь, не прогонит?
— Не прогонит. Я его не обижал, хорошие отступные выплатил. Да и он, кажется, на дом работу теперь берет. Не в обиде. И зарабатывать у него получается, и с внуками нянчится.
– Ладно, пап. Давай, не вешай нос. Подумаем, ладно? Я пока ни от чего не отказываюсь. С Коваленко посоветуюсь, пусть документы все посмотрит, оценит. Да и подскажет, может что толковое ему на ум придет…
— Спасибо, сын.
— Не дрейфь, бать. Все нормально будет. Справимся.
22
Отец снова накидался и ушел спать. Ему, истощенному морально, много и не нужно было. И Андрей, хоть и осуждал выбранный отцом способ утрясать ненужное волнение, но и понимал его отчасти. Сейчас на грани жизни и смерти находилась "его Лиза" , любимая женщина, с которой Олег Михайлович прожил двадцать семь лет.
Сколько Андрей себя помнил, он всегда восхищался отношениями отца и матери . Конечно, как и во всех других семьях, у них тоже случались ссоры. Но родители всегда относились друг к другу с особым трепетом и заботой. Определённо точно он мог сказать, да они до сих пор любят друг друга. И теперь, когда его самого накрыли чувства с головой, он ещё больше стал понимать своего отца.
Андрей, вспомнив о предстоящей встрече, встрепенулся. Оставалось немногим чуть больше часа. Бегло осмотрев свой гардероб, выбрал простую белую рубашку и светлые брюки. Не смокинг, конечно, но и не бесформенные джинсы. Фигурой и ростом природа его не обделила, ну а постоянные тренировки в спортзале сделали свое дело. Конечно, Андрей прекрасно знал, как реагируют на него девушки. Но только сейчас отчего-то хотелось обратного эффекта. Ну вот так, чтоб не понравился он Изабелле. Чтобы она не напридумывала себе воздушных розовых замков, не грезила счастливым будущим с ним. Должен же быть выход из этой западни, точно должен быть. Только не упустить бы эту самую ниточку путеводную, увидеть ее вовремя, зацепиться. Теперь он точно знал, что готов бороться. Лишь бы удача была на его стороне.
Через час Андрей уже ждал Изабеллу у входа в ресторан. Отчего-то его предполагаемая невеста захотела встретиться на улице и потом уже войти в зал вместе. Ну что же, пока он только делает вид, что со всем согласен и якобы плывет по течению.
Она, как и ожидалось, немного опаздывала. И когда уже часы явно указывали на пятнадцать минут задержки, к подъезду подъехал большой белый кроссовер. Со стороны пассажирского сиденья выскочила изящная куколка. Эффектная, в коротеньком черном платье, с ножками как у фотомодели, длинющими, черт подери, закачаешься! Она ловко откинула длинные волнистые волосы за спину, посмотрела Андрею в глаза и обворожительно улыбнулась.
Ему, привычному к женскому вниманию, все же пришлось напрячься. Она просто излучала какой-то ненормальный магнетизм так, что у него от вдруг нахлынувшего возбуждения дернулся кадык, и он шумно сглотнул. Улыбнулся, продолжая стоять, как дурак. А она пошла, дефелируя по узкой дорожке, легко и непринужденно, сократив в считанные секунды расстояние между нами.