«Сказали, что да. — Спустя время ответил сотрудник. — У них там вообще какой-то форс-мажор.»
«Тогда отдыхайте.» — Успел отправить Александр, как тут же в комнату вошла Лидия.
Мужчина ожидал, что ребенок войдет за ней, но она пришла без дочки.
— А где Даринка? — Спросил он.
— Она захотела кушать и ее к себе взяла мама. Сказала, чтобы мы тут все уже доработали, а потом спускались. Они там елку уже украсили.
За сегодня брюнет услышал от голубоглазой больше информации, чем за месяц сухого общения в офисе. Все-таки узнавать человека за пределами работы гораздо лучше, хотя раньше Державин был совершенно обратного мнения.
Девушка вновь села на ковер и забрала с его колен ноутбук. Снова начался процесс работы. Мужчина про перенос встречи ей ничего не говорил. Подумал, что уж лучше доработать сейчас, чем потом с этим возиться. Закончили не так поздно. Оставалось всего ничего до Нового года, когда они спускались вниз.
Елка уже была наряжена, пахло мандаринами уже везде на первом этаже, Даринка вешала какую-то конфетку и пряничек на веточку дерева. Антонина подошла к ней и, подняв ее на руки, помогла повесить сладость. После этого девочка ходила и все лепетала что-то про деда Мора, который в переводе был дедом Морозом. Александр и Лидия помогали накрывать на стол, носили тарелки, столовые приборы, расставляли бокалы, бутылки с напитками.
Отец помогал Валентине Александровне готовить, Антонина запекала мясо в духовке. Наконец, все было готово. Все сели за стол. Дарина кушать пока не хотела, потому что наелась до этого, она носилась у елки и пела какие-то песенки на своем. А вот Александр с Лидой после работы с документами хотели есть и уплетали практически все, что видели, но старались делать это медленно. Державин даже поухаживал за Лидией — наложил салат, до которого она не могла дотянуться, а затем открыл бутылку шампанского и разлил его по бокалам.
Пять минут до Нового года. Какой-то грохот во дворе, а затем звук сигнализации машины Александра.
— Это моя машина, выйду, посмотрю, что там. — Сказал он и направился во двор.
У машины никого не было, хотя мужчина уже подумал, что это кто-то решил пошалить и пробрался во двор. Сирена утихла сама собой. Вышла Лида и поинтересовалась, что случилось.
На крыльце девушка поскользнулась, так как была в домашних тапочках. Брюнет как раз по воле случая осматривал последнее заднее колесо машины и находился совсем рядом с ней. Подставив свое плечо, на которое она оперлась руками, он протянул к ней руки и придержал за талию.
— Осторожнее, Лида. — Произнес хрипло и нежно.
— Спасибо, Александр. — Голубоглазая не стала добавлять отчества, потому что поняла, что оно тут ни к чему, как и обращение на «вы». — У тебя уже скоро сейчас будет конференция?
— Так уже скоро или сейчас, Лида? — Державин засмеялся.
В его смехе не было фальши, только чистота эмоций. В этот момент не хотелось показывать, что ты начальник, быть отчужденным, но грозным. Хотелось нежности, ласки и... любви.
Звезда упала на небе совсем неожиданно и Некрасова, прижавшись к мужчине плотнее, воскликнула:
— О! Звезда упала!
— Где? — Завертел головой мужчина, и пока Лида смотрела в небо, он перевел взгляд на нее.
В красивых глазах девушки светились огоньки ламп, развешенных по периметру дома, но Державин любовался не ими. Он любовался ей всей. Сейчас как никогда и как никого ранее, ему хотелось узнать эту девушку ближе. Увидеть, какая она на самом деле. Ее очарование захлестнуло его так, что брюнет не мог оторвать от Лиды взгляд.
— Ты мне нравишься, Лид. — Произнес мужчина неожиданно.
Она посмотрела на него с улыбкой, но затем она стерлась с ее лица, превратившись в неверящую ухмылку:
— Хорошая шутка.
— Это не шутка.
— И потому что я тебе нравлюсь, ты всегда орешь на меня? — Поинтересовалась Некрасова.
— Не всегда я на тебя ору. — Смутился брюнет, отведя взгляд. — Я, скорее, хочу, чтобы ты выполняла все правильно, а для этого нужно покричать иногда, дабы еще сохранить свой образ тирана с короной на голове. Но стоит понимать, что я не такой. И ты поймешь это, если узнаешь меня лучше. — Он снова перевел глаза на нее, чтобы увидеть реакцию.