Очень скоро впереди показалось широкое крыльцо с мраморными ступенями, по краям которого возле железных перил находилась охрана из казаков, а возле высоких дверей собора, на первой ступени расположились мелкие и средние чиновники, бизнесмены и коммерсанты. Им не нашлось места в соборе, а кому-то и вовсе не прислали приглашения, но по установленной когда-то, кем-то традиции, они смело занимали свои причитающиеся метры, на первой ступени. Когда, кто-то особо дерзкий и напористый стал теснить и хуже того вытеснять их с мест, которые они считали законно своими - началась самая настоящая потасовка. Полноватые мужики, молодые и крепкие юноши в дорогих куртках и пальто, как обезьяны прыгали на мать и дочь. Они ничего не понимали, но отдавать свои места никому и никогда не собирались. Женщины в полушубках и кардиганах, с обезумевшими глазами накаченные то ли водкой, то ли наркотой, бросали и швырялись тем, что было у них под рукой. Три бутылки разлетелись на мелкие осколки прямо в воздухе, а дорогая снедь, так и не дождавшаяся своей участи, падала на пол, к ногам Екатерины и Насти. Постепенно мелкая потасовка за свои места, переросла в более масштабное мероприятие, очень напоминающее драку, именно поэтому охраняемые вход в собор казаки, поспешили разобраться.
Принявшие для сугрева церковного кагора, да не по одному литру на каждого, они смело бросились в толпу. Своими залитыми хмельным угаром глазами, казаки не видели что происходит на самом деле, им просто выпал шанс продемонстрировать свою силу и значимость, так сказать выпендриться перед другими силовиками.
-А ну мать твою, ты куда летишь?-
-Я кому сказал, стоять на месте, а то будет вам сейчас праздник!-
-Вы что блядь не понимаете с первого слова, а ну хлопцы лупи их всех без разбора нагайками и плётками!-
Кривой от ежедневного пьянства десятник, уже успел приложиться к литровой бутылке водки, поэтому так смело и отдал такой приказ, но тут же свалился под ноги своим же хлопцам, от внушительного удара в челюсть. Трое казаков непонятным способом лишились своих нагаек, и получая ими же удары куда только, можно кинулись в рассыпную, создавая поистине настоящий бардак, хаос и давку. Кое-как сообразив, что творится и как обстоят дела на самом деле, и куда щемятся отступающие казаки, два молодых есаула, обнажили свои шашки. Непонятно что они хотели этим доказать, да только одна шашка разлетелись в воздухе на мелкие осколки, а вторая в нарушении всех законов физики, упёрлась в невидимую стену, да так и зависла в метре над землёй.
Серия сильных и болезненных ударов, моментально выбила залихватскую дурь, из пьяных голов, распоясавшихся казаков. Фуражки, нагайки, плётки и даже хромовые сапоги, разлетались веером от крыльца во все стороны, а сами не состоявшиеся вояки, ползли на коленках обратно, и при этом стонали да втягивали свои головы в плечи.
Архангел Георгий лично тянул двоих, самых бойких и рьяных за их патлы, к первой ступени. Других волокли его ангелы. Через минуту, помятые, побитые и обескураженные казаки всё также стояли на своих местах, и с жалостными взглядами смотрели в сторону угомонившейся толпы. Прямо перед главным входом в кафедральный собор, возле самых дверей стояли в платках Екатерина и Настя. Разбушевавшееся было толпа, вместе с казаками отступила от них ещё на пару метров. Небольшой пятачок как спасительный островок, сильно выделялся в тёмной массе людей, но никто теперь и не думал выгонять мать и дочь со своих мест.
-Настюша, а как мы оказались возле самого входа? Я что-то не помню ничего?-
-Я тебе говорила, что нам помогут! Ты мама меня никогда не слушаешь! Вот, лучше держи свечку, и смотри, чтобы не потухла!-
Мать обняла за плечи своё дитя, и стала всматриваться в темноту открытых двустворчатых дверей. Там в соборе сейчас вовсю шла служба, а из колонок доносились звуки музыки, слышалось, как поют певчие хора, и этот неприятный, и дотошный голос бормотания молитвы самим митрополитом.
Дешёвые электронные часы на запястье Екатерины, показывали начало второго ночи, служба должна идти ещё как минимум два часа.
-Настя, доченька ты не замёрзла? А то нам стоять ещё очень долго, может домой...?-
В этот момент из собора повалил городской бомонд, из дорогих особ, и весьма значимых гостей и приглашённых! Начинался крёстный ход!