Плотные шеренги демонов, выстроенные в боевом порядке, кинулись на неприступную цитадель веры и надежды. Они как муравьи, остервенело, лезли на тех, кто был в первых рядах, давя их, и превращая в месиво, но всё же лезли. Вскоре вся церковь покрылась куполом из живых демонов. Стены дрожали и стонали как живые, покрываясь всё новыми трещинами. Пол в нескольких местах вздулся, и пошёл волнами, от натуги лопались арки оконных и дверных проёмов. Мощные и сильные удары наступающих, увязли в хаотичности и беспорядочности, они смешались в один монотонный гвалт, где было рычание, грохот и лязганье метала. Демоны облепили всё здание церкви, оставив лишь маленький коридорчик где стоял Мамон и Баал, сидящий верхом на драконе, что каким-то чудом уместился в узкой прорехи.
Отец Владимир вместе с Машей вошёл в небольшой тамбурок, и встал в дверном проёме открытой входной двустворчатой двери. Маша обессилев от страха, еле-еле держалась на ногах, её ослабленный после изгнания демона разум, не воспринимал происходящее, он попросту отказывался верить в то, что творилось. В этот момент появились Пётр и отец Михаил, Славик оказался позади всех, ему попросту не нашлось место в узком пространстве тамбурка.
Ужасающая картина происходящего предстала во всей своей красе неописуемого кошмара, перед защитниками церкви. Облепив Божью обитель широким и высоким куполом, демоны превращались в кровожадных и голодных до человеческой плоти монстров. Дряхлая, почерневшая кожа, струпьями свисала с черепов и открытых участков тел. Желеобразная, тёмная слизь стекала по доспехам легионеров, заставляя их впадать в бешенство, становясь неуправляемыми монстрами готовыми на всё, лишь бы угодить хозяину. Единственный просвет соединяющий несчастных людей с тем миром, что находился по ту сторону Святой черты, и тот был занят Мамоном.