— Не надо, — почувствовала, что улыбается и резко распахнула глаза.
Точно, улыбка совсем легкая, теплая. И смотрит так… странно. Словно любуется и умиляется одновременно.
— Не злись.
Я снова сделала глубокий вдох и после этого длинный протяжный выдох.
— Льен, мне правда очень тяжело оттого, что я ничего не знаю, — как можно спокойнее сказала я, глядя в его глаза. — Хоть немного можно информации? Тебе жалко что ли? Я же спокойнее буду и тебе легче.
Взгляд Льена стал задумчивым.
— Хорошо, Мира. Если обещаешь себя не накручивать. Кое-что сказать могу.
Я аж вскочила, чуть не бросившись его обнимать. Вовремя тормознула себя.
— Обещаю! Не буду накручивать!
Льен помедлил и выдал:
— Мы тебе говорили, что у нас задание. Тот преступник, который появлялся рядом с тобой. Мы получили совершенно однозначную информацию, что он собирается проникнуть на Искру. Из-за этого Арс, Корд и я заняты подготовкой. Мы и так готовы, но дополнительная защита не помешает.
— А линии? Это всё на нашей коже, это…
— Это ещё одно, — оборвал меня Льен, — по поводу чего тебе не стоит себя накручивать.
Я аж взвилась.
— А как мне себя не накручивать? — уставилась я на него. — Нет. Вы интересные такие! На мне, и на вас появляется непонятная фигня, а мне себя не накручивать? Дома меня бы уже давно в больницу…
— Да, не накручивать, — спокойно кивает Льен, а я аж фыркаю от злости.
— Но…
Льен приподнимает бровь и наклоняет голову, и я… от его взгляда тут же осекаюсь.
— Ты мне поверишь, если я тебе скажу, что линии не опасны? — спрашивает Льен.
Я прикрываю глаза и со всей отчетливостью понимаю, что ничего не добьюсь.
— Да, поверю, — киваю я, скрещивая руки на груди.
— Вот и славно, — мрачно кивает Льен. — Тогда говорю. Линии не опасны. Ни тебе. Ни нам. Ни коту твоему. Никому. Веришь?
Я прикусываю губу, и Льен тут же опускает на неё взгляд. Впрочем, немедленно снова смотрит в глаза.
— Верю, — обречённо отвечаю я. — Прости, что мешаю тебе.
— Ты не мешаешь, — отмахнулся Льен и миролюбиво добавил: — я закончил свою часть работы на сегодня. Процессы запущены, пока всё равно ничего сделать не смогу, пока не отработают.
Он обвёл взглядом оранжерею.
— Арс говорил что-то про полив, — голос Льена звучал нейтрально и спокойно. — Что тебе нужно настроить?
— Корд всё сделал, датчики только сказал, что лучше тебя никто не сделает.
Льен усмехнулся и, как мне показалось, подобрел.
— Значит, датчики.
А дальше я ходила за Льеном по оранжерее и отвечала на его вопросы о то, что именно я собиралась здесь сажать, чтобы он мог настроить систему полива под каждое растение. Благо я уже всё распланировала и сделала схему будущих посадок.
Льен гибко прыгал под самый потолок, цеплялся за балки хвостом и ногами, и прямо так, навесу, настраивал датчики полива.
Выглядело до невозможности круто и… возбуждающе.
Он поглядывал на меня, но ничего не говорил. В целом удерживал бесстрастный вид и был деловит и собран.
А я… любовалась. Ничего не могла с собой поделать. Офигенный мужчина. Красивый такой…
В конце-концов, я сдалась и перестала с собой бороться. Посмотрю. А потом всё-таки пойду и соблазню Корда!
Катастрофа, как всегда, случилась неожиданно.
И, похоже, снова я была этому виной.
Я разглядывала сильное широкое запястье Льена, когда он что-то нажимал на балке. А потом перевела взгляд на его хвост. Вспомнила, как он гладил меня им. По телу сразу побежали каскады мурашек и меня накрыло яркой вспышкой горячих и совершенно развратных эмоций.
В этот момент Льен резко глянул на меня, у него под рукой заискрило!
И отовсюду хлынула вода, словно над нами небеса разверзлись!
Я взвизгнула, но Льен тут же, выдавая странные звуки явно ругательного характера, остановил этот водопад.
Система полива больше не поливала всё вокруг.
Но… я и так уже была вся мокрая. И… Льен тоже.
Ох… мама моя! Огогошеньки…
Льен был в повседневной одежде, мягкой и тонкой. И от воды она промокла насквозь. Облепила его совершенное тело, открывая мне доступ туда, куда я и мечтать боялась заглянуть.
Учитывая, что Льен висел на балке, уцепившись за неё ногами и хвостом, и удерживал себя в поднятом состоянии мышцами корпуса и пресса… всё его тело было напряжено.
Под мокрой тканью явственно проступил умопомрачительный рельеф… кубики на прессе, прорисованные мускулы.
Как же он хорош… У меня между ног сразу все увлажнилось и совсем не от недавнего потопа, меня накрыло просто дичайшей волной возбуждения от вида этого хвостатого менталиста.