- Объясни мне, пожалуйста. Я больше так не буду, обещаю, ты только скажи, что не так – она говорила тихо и я видел, что вот-вот расплачется.
- Малышка, да ни в чем ты не виновата. Все так. С тобой. Со мной не так.
- Саша, я не понимаю.
- И я тоже. Тина, ты ребенок по сути. Прекрасный, удивительный, развитый ребенок и я не должен проводить с тобой столько времени. Потому что не смотря на то, что ты еще дитя, я вижу в тебе женщину. Это чертовски неправильно, Тина.
Она застыла, глядя изумленно. Смотрела на меня по-новому..
- Видишь во мне женщину…
- Нет. То есть да. Господи, я не это имел в виду. Тина, мое тело реагирует на тебя. Это, твою мать, опасно. Ты ребенок. Я не должен.
- Не должен… - Она подхватывала обрывки моих фраз, как в трансе, а я не мог понять, что страшнее – ее невозмутимость в этот момент или странный блеск в глазах.
- О чем ты думаешь? Ты вообще слышишь меня? – я уже почти успокоился, когда признался ей, но чувствовал недосказанность. Она сфокусировалась на моем лице и расплылась в счастливой улыбке…
- Я и не смела думать, что ты… Я тоже… реагирую – выдохнула она.
- Чтооооо?
- Когда ты рядом, я чувствую мурашки внизу живота, они вьются внутри, толкаются, сплетаются в горячий комок, который спускается все ниже и ниже…- она облизала губы, а я застонал.
Господи, чем я так провинился? За что это все? Этого разговора быть не должно. Сколько ей сейчас, 15? Мать вашу, да что же это.
- Я ни с кем такого не чувствую, Саша. Скажи мне, у тебя так же?
Обманывать ее не было смысла. – Да, так же. - уныло выдаил я
- А когда ты не рядом, я чувствую себя обделенной и пустой.
- И когда?
- Что когда?
- Когда ты это почувствовала?
- Еще в прошлом году. Когда ты уехал, я ужасно тосковала по тебе.
- Тина, в тоем возрасте нормально, что твое тело просыпается и начинает проявлять себя. Но есть нормы морали и законы. До 18 лет ты ребенок и любой мужчина, старше 18, воспользовавшийся ребенком – поддонок. Ты это понимаешь.
- Да. И как же быть?
- Терпеть, милая. Я сейчас отвезу тебя к Людмиле и уеду. То, что произошло сегодня, больше никогда не повторится.
- Подожди, но я же вырасту и мне станет 18.
- Это будет через 3 года.
- И что? Даже через два с половиной. У меня зимой день рождения.
- И то, что ты молода и за 3 года твое увлечение мной пройдет.
- А твое?
- И мое.
- А если не пройдет?
- Вот через 3 года и выясним.
- Через два с половиной.
И столько непоколебимого упрямство было в ее взгляде, что я поверил – есть у нас это шанс.
глава 4
Отпуск пролетел мгновенно и я впервые за годы службы ломался возвращаться в Северодвинск. Однако в кабинете меня утром ждал сюрприз – письмо от Валентины. Без обратного адреса. Нетерпеливо я надрезал конверт и начал читать короткое письмо. Она писала аккуратным почерком, печатными буквами, что мне показалось удивительным – я представлял всевозможные девчачьи завитушки, а не почти чертежный шрифт.
Здравствуй, Саша.
Я не представляю, как нам с тобой дальше общаться. Расстались мы очень странно. Вопросов у меня больше, чем ты мог бы дать ответов, но одно для меня совершенно понятно – у нас есть чувства, пока не очень понятные, но они есть и они взаимны. Я рада, что мы были откровенны в этом вопросе. Прости меня за наивность. Я знаю, что происходит между мужчиной и женщиной и ты меня не шокировал, но я действительно не поняла, что наши невинные игры могут тебе доставить дискомфорт. Ты прав, я еще ребенок.
После нашего возвращения к Людмиле и твоего поспешного отъезда, она меня спросила в лоб, что случилось. Я была дезориентирована и все ей рассказала, как на духу. На удивление она отреагировала очень спокойно, но была предельно серьезна. Ей богу, я ее такой никогда не видела. Просто каменное изваяние, а не женщина. Ее тоже могу понять – она отвечает за меня перед родителями и если бы не твоя порядочность, у нас у всех были бы неприятности. Люда сказала, что если бы ты «пересек черту», то это повлекло бы за собой катастрофические последствия, особенно она переживала за твою карьеру. И это я тоже понимаю и принимаю. Прости меня еще раз, я не хотела тебе никак навредить.
У меня было время подумать, прокрутить все наше знакомство несколько раз в голове, последний разговор… Я тебе пишу письмо, а то когда мы там еще увидимся, а я должна сказать, что готова ждать. Ты можешь не верить, но это так.