Я стоял и смотрел на него с невозмутимым видом, пытаясь сообразить, с чего вдруг мне оказали столько чести и обратились лично. Очевидно, он тоже меня посчитал охотником, но тут как раз не удивил.
– Бедняга, тебе совсем не с кем пообщаться на интересующие тебя темы? – спросил я его с сочувствием. – Иначе не вижу причины, почему ты заговорил со мной.
– Ты? – вспыхнул малец, на вид ему лет двадцать, не больше. – К Богам низшие сословия должны обращаться строго на вы! Тебя проучить, смерд? Так хоть запомнишь.
– Тяжко тебе придётся в будущем, щенок, – хохотнул я добродушно и представился: – Всевластий, твой сокурсник.
– Что? – парень округлил глаза. – Ты тоже Бог?..
– Более того, меня выбрали за личные качества и подходящий характер. А чем кичиться тебе, я пока не вижу. Происхождением? Удачно родился? Достиже-ение! – выдал я и, развернувшись, отправился за свободный столик, улыбаясь во весь рот.
Не знаю, зачем вообще ответил ему, не в моих это привычках. Я бы скорее промолчал и пошёл своей дорогой. Эй, волк, ты подначил, да? Вот же зараза блохастая, зачем вступать в конфликты в первый же день? Нет, не в первый тоже не стоит. Вообще лучше просто отучиться, получить знания и отправляться делать свой мир. Ладно, не блохастый. И вообще, имя бы тебе… Как зачем? У меня вот есть, своё не хочешь? В смысле не у меня, а у нас? О, я понял, ты – моя часть! Ладно, тогда…, тогда будешь Волком. На имя не похоже, но с большой буквы – и ты, и я удовлетворены. Идёт? Славно. Только давай всё же избегать конфликтов, ладушки? Да, Волк, это был конфликт.
Я ел, продолжая про себя выговаривать Волку. Объяснял, что паренёк так себя повёл оттого, что не удовлетворен высотой своего положения. Судя по всему, статус у него не слишком высок, вот и пытается задеть всех, у кого он ниже. А ниже он, видимо, только у не Богов. По-настоящему наделённые властью и статусом так себя не ведут. По крайней мере, на земле. Впрочем, в этом институте, как я подгляжу, сплошные детишки титулованных родителей, выпестованные и взлелеянные, жопы им золотой тряпочкой подтирали, не меньше. Надеюсь, всё же найдутся адекватные. Или хотя бы ко мне цепляться не станут. Ибо если станут, я ведь и ответить могу. На крайний случай включу Волка, как с тем пареньком, что по утрам не гнушается бухать, тестирование покажет свои результаты. Я бы ответил ему совсем иначе…
Отвлёкшись от внутреннего диалога, сообразил, что кто-то неподалёку обсуждает именно меня. Прислушался, благо, новый слух позволял очень многое, и подтвердил предположение. Мои соседи по башне встретились с этим аристократишкой, друзья они, судя по всему, и делятся впечатлениями.
– Нахал, просто невозможно! Деревенщина, а строит из себя самого умного! – это утренний алкоголик заходился.
– Вселенная милостивая, а нам с ним в одной башне жить! – подвякнул Фарад.
– Ну, хоть на верхний этаж его поселили, не дай Бездна кому-то из нас половинчатая спальня досталась бы! – вторил ему другой сосед.
– Ой, не говори! И так угловая башня, я бы не пережил ещё и верхний этаж! – снова Фарад.
– Да чем вам угловая башня не угодила? – услышал я свой голос. Кхм, Волк, ну, твою ж налево! Зачем спалился? Ух, держись, проведу я с тобой воспитательную работу!
Фарад вылупился на меня, хлопнул ртом, поняв, что их разговор не остался мной неуслышанным, но всё же взял себя в руки. Гордо вскинул нос и ответил:
– Наверное, деревенщины привыкли спать под гомон птиц и это ужасное шелестение деревьев на ветру, но мы, высшее сословие, предпочитаем спать в тишине. Только так можно выспаться.
Н-да, а мне наоборот понравилось. И даже то, какой мне достался этаж. Там же окна в небо!
– Похоже, высшее сословие не умеет даже окна самостоятельно закрывать, – хохотнул я. – Что ж вас, таких высокопоставленных, в угловую-то заселили?
– Поздно приехали, – буркнул второй мой сосед. Фарад пнул его в бок локтём и грозно зыркнул. Ну дети, как есть. Ведут себя, что избалованные подростки, а сами все поголовно старше восемнадцати.
– Жизнь несправедлива, – изрёк я глубокомысленно и вернулся к поеданию плова, который оказался весьма ничего. И даже салат более-менее, хоть и сладковат на вкус.