Он понимал, что не может сейчас ей позвонить. Этого делать нельзя.
К десяти часам утра, изучив обстоятельства дела, Николай был натянут, как струна.
Раздался робкий стук в двери, и Николай поднялся навстречу вошедшей. Пока бледная Жанна удивлённо хлопала глазами, Николай закрыл двери на ключ и притянул женщину к себе, горячо и отчаянно целуя. К счастью, кабинеты пока не оснастили видеокамерами, только обещали.
- Иванов Н.Н. - это ты? - Жанна гладила его лицо.
- Это я.
- Ты Николай Николаевич?
- Точно.
- Тогда допрашивай меня.
- Жанна, что за выражения? Тебя пригласили для беседы, - Николай нехотя разжал руки, и Жанна устроилась на стуле возле его стола.
Николай открыл дверной замок и сел за стол напротив Жанны.
- Жанна, скрывать не буду, статья, по которой тебя пытаются привлечь, серьёзная. Причинение тяжкого вреда здоровью. Дело осложняется тем, что пострадавшая не достигла возраста восемнадцати лет, ей шестнадцать. После анафилактического шока девушка провела четыре дня в реанимации, её перевели в общую палату лишь два дня назад. Родители сразу подали заявление в прокуратуру. Причём, семья не из простых, отец довольно известный бизнесмен и меценат. Расскажи всё подробно и по порядку, пожалуйста! Только не спеши, чтобы ничего не упустить.
Жанну не пришлось уговаривать. Она помнила каждую секунду того ужасного вечера.
- Нож? Был нож? - Николай очень удивился. О нападении девчонки на Жанну в деле ничего не говорилось. Всё было представлено так, что Жанна первая напала на пострадавшую. Как бы сочла, что от той исходит опасность, запуталась, а та была невинна, как агнец божий. Ножа точно не было среди вещдоков; не было о нём и упоминаний в деле.
Взяв с Жанны подписку о невыезде, Николай отпустил её.
- Я приеду вечером, Жанна.
- Нет, - она покачала головой, и сердце Николая с размаху ухнуло вниз. - Нельзя, Коля! Я не хочу, чтобы у тебя были неприятности, тем более, в период, когда ты ждёшь очередного звания. А неприятности не заставят себя долго ждать.
- Жанна... - растерянно начал он, в панике понимая, что она абсолютно права.
- Я запрещаю тебе приезжать ко мне, пока вся эта история не закончится. Мы должны быть терпеливы, Коля, и надеяться на лучшее. Я верю в торжество справедливости. А пока мы будем с тобой общаться только по делу.
Он даже не знал, насколько твёрдой может быть его Жанна. Николай проглотил комок в горле, кивнул и отступил.
- Жанна, я сделаю всё, чтобы вытащить тебя из этого дела с минимальными потерями. Верь мне, пожалуйста! Это скоро закончится.
- Я верю, Коля! Спасибо тебе! - Жанна легко поцеловала его и скрылась за дверью.
После того, как Жанна побывала в полиции, она отправилась на работу. После обеда её пригласил к себе директор, Виктор Семёнович, и сообщил, что Жанна отстранена от работы до окончания расследования и прочих формальностей, связанных с предполагаемым нарушением Жанной закона.
- Вы понимаете, Жанна Васильевна, мне самому неприятно, но я подвергаюсь мощнейшему прессингу со стороны управления образования. Поймите меня. Если бы хоть пострадавшей была совершеннолетняя!
Жанна много хотела сказать Виктору Семёновичу по поводу презумпции невиновности, но у неё не было сил спорить. Подписав какой-то приказ, сочинённый на скорую руку, Жанна уехала домой.
Всё плохо, очень плохо. Коля обещал помочь, но Жанна никогда не позволит ему рисковать карьерой ради неё. Она слишком хорошо знает, как для него важна его работа.
...Близился конец рабочего дня, когда Николай постучал в кабинет своего непосредственного начальника, Ильи Евгеньевича.
- Привет, Коля, входи! Рассказывай, как съездил? Каковы результаты? Всё дела, даже забежать и узнать не успел за весь день.
- Всё нормально, всё сдал. Документы уже в пути, скоро придут сюда, в управление. Илья Евгеньевич, я прошу, чтобы меня сняли с дела Соловьёвой Жанны Васильевны.
- О как! С чего вдруг?
- Много непонятного. Подозреваемая утверждает, что пострадавшая напала на неё в подъезде с ножом. Потом нож упал и оказался под лестницей, откуда его и забрали приехавшие представители органов. В документах к делу о ноже никаких упоминаний, и самого ножа нет. Оба парня, которые приезжали, внезапно в отпуске, и в городе их нет! Улетели в Крым! Очень странно, Илья Евгеньевич!
- А был ли мальчик, Коля? С какой стати ты безоговорочно веришь в то, что нож был, а барышня нападала на подозреваемую?
- Я не просто верю. Я уверен на сто процентов.
- Почему, Коля? - прищурился начальник.
Николай молчал, на лице ходили желваки.