Взмах руки и мы выдвинулись дальше. Три прилегающих к залу комнаты, обустроенные под спальни, оказались пустыми. За зарешеченными окнами послышался топот ног. Метнувшись к окну, я увидел ещё двух братков спешащих к входу в здание. Один от ворот, второй с стороны ангара. Всё таки ночью периметр охранялся.
Я сбросил с плеча "плётку", однако Кузьмич меня остановил, уже направляясь к лестничному пролёту : - Пускай войдут!
Людаки вбежали в дом, я это видел, но ни один из них не вышел. А потом я увидел, ещё одного! Он показался из дверей ангара и, прикрываясь женщиной, начал движение к белому БМВ, видимому мною ранее.
ПНВ долой. Света достаточно. Чистое звездное небо и желтоватый медальон луны. Я вскинул винтовку. При четырёх кратном увеличении хорошо разглядел и заложницу. Ею оказалась корпулентная женщина лет сорока-пятидесяти, в цветном, изрядно запачканном платье. И людака. Им был здоровенный детина. Тех же лет. В очках, чъя серебренная оправа поблескивала лунном свете. Крупная, как астраханский арбуз лысеющая голова. И Я целился прямо в неё.
- Прицел "два", прямой охотничий, дистанция пол сотни, никаких поправок, - бубнил я, повторяя свои действия и прочитанное в тетрадках Пал Палыча.
В этот момент из дому выскочил Кузьмич. Мой друг словно почувствовал, предугадал мои намерения, и своим появлением отвлёк людака на себя, тот крикнул : - Стоять! - и выставил пистолет в сторону Кузьмича, припавшего на одно колено.
А в следующую секунду, я плавно надавил на спусковой крючок.
"Плётка" толкнула меня в плечё, шум прогремевшего выстрела оглушил меня и голова людака буквально взорвалась у меня на глазах! Кузьмич побежал к завопившей женщине, а я произнёс довольный: - Ну прям, как в тире!...
И услышал: - Это ф-очно, ш-шука!
Я обернулся настолько быстро насколько мог, приседая по ходу движения и понимая, той частью мозга, которой не было ведомо понятие "везение и надежда", что мои шансы на выживание равны абсолютному нулю.
За моей спиной стоял тот самый джигит из семёрки БМВ с пистолетом в руке. Вторая была перебинтована и прижата к груди. Он картавил, потому что чего челюсть, как и голова то де были измотаны бинтами. Вот такое смешное воплощение собственной смерти, подумалось мне, прежде чем яркие вспышки сверхновых, взорвавшихся в полумраке комнаты, не ослепили меня...
Хлёсткие пощечины привели меня в чувства. Я часто заморгал и увидел прямо перед собой, искажённого пеленой слёз Терминатора! Отпрянул и ударился головой о подоконник. Сбываются детские кошмары, я на том свете! Боже!
- Ал, это я, - послышался знакомый голос и жуткая уродливая маска подалась наверх открывая мне блестящее от пота, но довольное лицо Кузьмича.
На том свете могло быть всё что угодно и я уточнил : - Ты?
- Я, - широко улыбнулся мой друг.
- Что случилось???? - , а про себя "Я- Живой!!!".
- В тебя стреляли, - ответил Кузьмич. Мне не устроил его ответ, потому что он ровным счетом ничего мне не объяснял. А объяснения требовались и немедленно, потому что только в фильмах маэстро Тарантино плохие парни палили в хороших парней с двух шагов и не подпадали. Видимо Кузьмич определил это по кислому выражению моей физиономии и добавил : - Холостыми. Помнишь револьвер на столе?
- Возле кальяна? - вспомнил я.
- Ага. По ходу братки над девками стебались в нерусскую рулетку. Так что всё нормалёк, дружище.
- Нифига не нормалёк, мэн, - ответил я, ощупывая себя дрожащими руками. - Я кажется обмочился.
- Ну это нормально, - хмыкнул мой друг и прихлопнул меня по плечу. - Вставай.
- Обмочился, как дитё малое!...,- в искреннем расстройстве бормотал я. - Ну хорошо хоть так...
И мой монолог неожиданно оборвал скрип тормозов.
- Твою-ж мать, это ещё КТО??? - Кузьмич и я приникли к окну, увидев остановившейся у закрытых ворот большой внедорожник чёрного цвета. По моему "Рэнд Ровер" на больших хромированных дисках в стиле " подкрученных нигга". Из машины вышли двое, "левый" с автоматом, "правый" с ружьём. Я вскинул винтовку и сообщил другу : - В салоне ещё один.
- Главный приехал, - догадался Кузьмич и добавил : - Бери их на мушку. Начнём через минуту. Левый фланг на мне.
- Осторожней, Кузьмич! - сказал я уже исчезнувшему другу. Глянул на бегущую секундную стрелку.