- Ну-да.
- Так вот, те, кто выгнан был, а это семеро гаишников, четверо админов, пэпээсников то ж около десятка, - это только те, кто с стволами, нарезными и автоматическими, не то что у нас ружья да пистолеты, что подобрали, а ещё и человек двадцать приспешников иже с ними. Тем стволы не дают, но оружия у выгнанных достаточно. - Затушив одну сигарету, Освальд закурил вторую. - Они к нам не лезут в наглую, мы пригрозили их без электричества оставить... Война нам сейчас совсем не с руки. Мужиков много полегло. А бабы.., есть бабы. Вот так на жидком мире и держимся, поделив территорию условно на две части. Им автобаза, место укреплённое, за железнодорожным переездом, тебе, между прочим в шаге мимо них проехать придется. И бензоколонку себе откусили. Теперь торгуемся. Но они суки бензовозы по округе ищут, да топливо оставшееся из резервуаров выкачивают на нашем электричестве. А как всё выкачают, дизелегенераторы запустят и в атаку на нас пойдут.
- Так а чего не отбить? - механически спросил я, без умысла.
- Баба-ми то? - усмехнулся Освальд. - У нас контингент-с ещё тот! И стрелок на крыше дневнует у них там. С хорошей винтовкой. Оптикой. А ночью трое-пятеро дежурят. Так что малой кровью мы себе независимость не обеспечим! А людей попросту терять я не хочу.
- Но рано или поздно они же придут.
- Обязательно придут, - оскалился Освальд. - Слишком мы хорошо им по зубам тута врезали. Да место, сам понимаешь.
Я задумался на минуту, потом спросил: - А если помогу, то солярки дадите?
Освальд пристально поглядел на мою персону: - Столько, сколько сможешь увезти, отвечаю. Только как ты нам поможешь, Алекс? С автоматом к бензоколонке не добраться. Будут жертвы. Я против.
- А добираться и не надо, - уклончиво ответил я. - Завтра вопрос начнём решать.
Мой ответ заинтриговал Освальда и на том мы и распрощались.
- Мест в здании нет, - на последок развел руками Освальд. - Извиняй, придется вам в собственной машине ютиться.
- Да нам так даже сподручнее, что ли, - произнёс я. Оставлять Монетку без присмотра я и не собирался.
- Только вот что, котов, не сгоняй, если придут на капот греться, - уже вставая попросил Освальд. - Они у нас тут, как в Египте, священные животные.
- Это почему? - удивился я.
- А им по хрену укусы мертвяков, - пояснил Освальд. - Больно и всего. Зато сторожа отличные. Когда ночью через зону мертвяки прут. Когда много прёт. Тут все мохнатые с ног на голову становятся, воют, похлеще ментовской сирены!
- Принял к сведению , - улыбнулся я.
- Ну тогда до завтра, - произнёс Освальд. - С утра, все дела и оформим.
- О кай.
И мы расстались. Шагая по хорошо освещённым коридорам, я невольно оглядывался, вновь и вновь, видя, как люди приспосабливают к жизни нежилые до нового времени помещения. Вешают плотные шторы, огораживая приватную территорию, ставят мебель, застилают ковры, на которых я и приметил первых котов и судя по их пушистым и гладким бокам, этих маленьких, но своенравных животных, здесь кормили от всей души. Даже кошку рыже-белую в одном самодельном теремке заметил с пятью шаловливыми котятами. Кошка поймала мой заинтересованный взгляд и проводила меня до угла своими янтарными чуть сощуриными глазами.
Когда я вышел в внутренний двор, свет в здании померк, остались гореть только аварийные лампы тускло-красного цвета, да мощные прожектора разбросанные по периметру крыши здания, но те светили за территорию, поэтому в дворе стало совсем темно.
На капоте пригрелось аж три кота. Свернувшись калачиками, попрятав носы под лапами, спиной к спине. Они даже не дёрнулись, когда я подошёл к машине и забрался в основательно прогретый салон Монетки, где посапывала Джерси. Вот так мы несём вахту, подумал я, улыбнувшись.
Девушка не проснулась от моего появления. Скинув куртку и ботинки, я забрался в спальник и засопел. Откашлялся и заработал кулачком по лбу.
- Дай поспать.., ф-у-у-у!... Накурился! - прошептала недовольно Джерси и повернулась к мне спиной.
- Отказывать себе в маленьких фу-слабостях, значит лишать себя человеческой сущности, - буркнул я в ответ. Реакции не последовало и я тоже забылся сном, предварительно заперев Монетку изнутри.
.... Коты так и не запели свою тревожную песнью в эту ночь, поэтому разбудил меня настойчивый стук в ветровое стекло и коренастый, носатый мужичек лет шестидесяти в кепке-лужковке.
Я быстро выбрался на улицу. Глянул на часы. Шесть утра. Нормально мы так поспали.
- Я - Айнар, - представился мужичёк. - От Старшего. Насчёт дела.
- Когда начнём? - протирая глаза, спросил я оглядываясь в поисках умывальника.