К появлению первых гостей я стояла рядом с родителями. С некоторыми я была знакома ранее, но все же большинство я видела впервые. Имена, фамилии и титулы практически не запоминались. Я всем мило улыбалась и была приветлива. К началу танцев моя карне была полностью расписана. Каждый сегодняшний танец был ангажирован.
Вечер открывал полонез. Маменька с папенькой шли первой парой. Второй же парой стояла я со старшим братом. Жена его осталась дома, так как была на сносях. Столько раз танцевала с ним этот танец дома, а тут волнение взяло верх. Я боялась сбиться с фигуры.
Вторым танцем был вальс. Он был обещан сыну папашиного сослуживца Алексеева. Очень интересный молодой человек. По всему денди и франт. Если бы в моем сердце основательно не поселился Василь, то можно было бы и влюбиться в эти глаза цвета грозового неба, четко очерченные губы, сильные руки. Но трепета к этому ангелу неземной красоты в душе не возникало. Этот божественно красивый мужчина не вызывал во мне ту бурю чувств, что одолевала меня рядом с Василем. Я по-прежнему люблю Черненского. Андрей Сергеевич Алексеев - умелый партнёр по танцам и чудесный собеседник, но не более того.
Франсез я танцевала с белокурым юношей. Его явный интерес к моей персоне мне претил. Отказать же в танце было невозможно. Мне были не приятны его томные вздохи и наглые взгляды в вырез платья.
Ужин я провела за столиком Анатоля и Натали в компании их знакомых. Павел Брусницкий ангажировал меня на танец перед ужином по просьбе нашего общего знакомого Анатоля, которого в свою очередь о том просила Натали.
- Я так скучаю по тебе, что решила этот ужин непременно провести в твоей компании, - говорила мне Натали.
А тем временем я услышала обрывок фразы:
- ... Черненский под Псковом в имении. Он окончил курс по весне и более в столицу пока не возвращался. Но я писал ему, звал на помолвку и венчание. Надеюсь, мы его еще увидим, но, к сожалению, точно не сегодня.
Это для меня было очень важным. Важно было иметь надежду увидеть его.
А Натали тем временем продолжала:
- Ты приезжай ко мне завтра. Поможешь подобрать мне прическу к платью для помолвки.
- Я обязательно приеду.
На том и порешили.
После снова были танцы. К концу вечера я ели передвигала ноги, но мило улыбалась своим партнерам по танцам и собеседникам в перерывах между ними.
Я ожидала гораздо большего от первого бала в своей жизни, но все же была счастлива. Наконец-то я стала частью этого взрослого мира. Уже лежа в постели, представляла, сколько сегодняшних юношей стало жертвами моих чар. Я видела блеск в глазах многих, так когда-то блестели глаза Черненского. Но только я была ко всем нынче покойна. Даже божественно обворожительный Алексеев не затронул в моей душе те струны, что были подвластны Василю. И тогда я решила, что не приму ни одного подарка и тем более предложения руки, прежде чем не поговорю с ним.
Ночью мне опять снился Он.
Глава 3.
На следующий день я съездила с визитом к Натали.
Мы выпили чаю. Примерили платье и определились с драгоценностями и прической. Я была очень счастлива за нее.
При прощании она мне подарила интереснейшую книгу в оригинале на французском про тайны королевского двора. Просила только мамаше не показывать, говорила, что та может заругать.
Следующие несколько дней я, не отрываясь от книги, просидела у себя в комнате. Это оказалось своеобразное произведение. Теперь мне многое из того, что я видела ранее меж дворовыми, стало понятно.
Как-то заходя на конюшню, услышала возню на чердаке. Подумалось, что кошка окатилась. Она часто это делала на сеновале в конюшне. Я потихоньку приподнялась по лестнице и увидела нашего конюха, навалившегося на одну из дворовых, лица ее я не разглядела. Он ритмично прижимал ее, а она постанывала. Но точно не от боли. Им явно было хорошо вместе тогда.
Мне это напомнило, как намедни конь покрывал кобылу. Только та так не стонала.
Еще в детстве я видела собак на случке. Они выбежали к пруду, где я играла с гувернанткой. Я тогда поинтересовалась у нее, что это они такое интересное делают. Она только отшутилась, что играют они так. О! Теперь-то я поняла, что у них происходило.