Сначала я был рядом с ним маленьким мальчиком. Но я привык. Мы разговаривали почти каждый день, порой дурачились. Перед каждым матчем он подбадривал меня. Во время бесед мы шутили и даже спорили.
Ну, сколько ты сегодня голов забьешь? Думаю, что один.
Один? Да брось. По крайней мере, два.
Чушь собачья! Хочешь поспорить?
Сколько ставишь?
В таком духе общение и продолжалось. Он давал мне много советов. Потрясный мужик. Он делал все по-своему и плевать хотел на то, что о нем думают наверху. Он был полностью независимым. Меня критиковали за то, что я мало помогаю защитникам, потому что я просто стою на поле, когда соперники атакуют. Конечно, я об этом думал. И не знал, что с этим делать. Я спросил ван Баетена, что он думает по этому поводу.
Не слушай тренеров! — сказал он.
Почему это?
Не трать силы на оборону. Эти силы тебе понадобятся в нападении. Лучшее, что ты можешь сделать для команды — атаковать и забивать голы, а не выжимать себя в защите.
Я запомнил: надо экономить силы, чтобы забивать голы.
Мы поехали на сборы в Португалию. К тому времени Бенхаккер ушел с поста технического директора. Его сменил Луи ван Гал. Пафосный тип. Типа Ко Адриансе. Диктатор без какоголибо намека на чувство юмора. Как игрок он ничем не выделялся, но у него был высокий статус в Голландии, потому что он выигрывал с «Аяксом» Лигу чемпионов в качестве главного тренера. Он получил за это государственную награду (в 1997 году ван Гал был награжден орденом Оранских-Нассау, вручаемым монархом Нидерландов за особые заслуги перед государством — прим. пер.). Ему нравилось говорить о тактических установках. Он был одним из тех, кто судил об игроках по номерам. Пятерка играет там, шестерка играет тут. Поэтому я был счастлив, когда я не видел его. Но в Португалии отделаться от него не получалось.
Я должен был встретиться с ван Галом и Куманом и выслушать, что они думают о моем начале сезона. Эта встреча из тех, где тебя оценивают (в «Аяксе» это любят). Я зашел в комнату, сел перед ними. Куман улыбнулся, ван Гал выглядел сердито.
Златан, — сказал Куман. — Ты очень хорош, но ты получаешь восьмерку. Ты мало работаешь в обороне.
Ладно, хорошо, — ответил я и собрался уходить.
Мне нравился Куман, но с ван Галом смириться я никак не мог. Я подумал: ну отлично, восьмерка — это очень неплохо.
Я могу идти?
Ты знаешь, как играть в защите? — вмешался ван Гал. Я заметил, как это взбесило Кумана.
Ну, я надеюсь, — ответил я.
После этого ван Гал начал мне объяснять. Поверьте, я все это слышал раньше: девятка убегает защищать правый фланг, когда десятка смещается влево, и наоборот. Он рисовал все эти стрелки. Закончилось все достаточно сильно:
Понятно тебе? Ты понимаешь, к чему это все?
Я подумал, что это психологическая атака.
Вы можете среди ночи разбудить любого футболиста, — сказал я, — и спросить его, как надо играть в обороне, и они вам скажут, что девятка идет туда, а десятка — сюда. Мы все это знаем, и
мы знаем, что вы это придумали. Но я работаю с ван Бастеном, а он думает иначе.
Что, прости?
Ван Бастен сказал, что девятка должна беречь силы для игры в атаке. И, честно говоря, теперь я не знаю, кого мне слушать: ван Бастена, легенду, или ван Гала?
И что вы думаете? Ему это понравилось? Он был в ярости. Кого мне слушать, легенду или ван Гала?
Мне нужно идти, — сказал я и свалил оттуда к чертям.
Много говорили об интересе «Ромы», которую тренировал Фа-
био Капелло. Очень суровый мужик. Он без проблем мог усадить человека на лавку или наорать на него, звезда он или нет. Капелло тренировал «Милан», когда там блистал ван Бастен, и именно Капелло зажег его звезду. Поэтому я поговорил с ван Бастеном по этому поводу.
Что ты думаешь? «Рома» — это круто? Я справлюсь?
Оставайся в «Аяксе», — ответил он. — Тебе надо стать более классным нападающим прежде, чем ты поедешь в Италию.
Почему?
Там все гораздо серьезнее. Здесь у тебя есть пять или шесть моментов забить по ходу матча, но в Италии у тебя будет только один шанс, или два. И ты должен уметь использовать этот редкий шанс.
Конечно же, я согласился с ним.
Но до конца я это еще не усвоил. Я забивал голы, но мне еще многому надо было научиться. Например, надо было стать более эффективным в штрафной площади. Но Италия оставалась моей мечтой. Всегда ей была. И я верил в то, что мой стиль игры подходит этому чемпионату. Поэтому я пошел к своему агенту, Андерсу Карлссону: