Но уход Антона был для меня подобен смерти. Я цеплялась за него, умоляя взять с собой, умоляя не бросать меня. У меня с неделю была высоченная температура, а потом я просто на него обиделась и не разговаривала. Когда Антон приезжал в гости, я либо запиралась в комнате, либо уходила из дома вообще. Короче, долго я не смогла без него. Такое чувство, что от души кусок оторвали.
Я даже сейчас, говоря о Рите, в душе улыбаюсь. Понимаю, что это эгоистично, не правильно, но не могу иначе. Он только мой брат. Вот только в голове сидит лишь первая часть фразы – он только мой. Понятие «брат» теряет всякий смысл.
Когда я поняла это? Когда я поняла, что чувствую к родному брату далеко не родственные чувства? Когда увидела его под козырьком нашего дома, когда возвращалась с танцев, а Антон тем временем целовался с очередной девушкой. Лил проливной дождь, я сильно повредила ногу, так как на растяжку опоздала и танцевала без подготовки. Катька, девчонка, которая органически меня не переваривает, сильно меня толкнула и я растянула связки. Телефон, как назло, разрядился и я, пятнадцатилетняя дурочка, топая по лужам, мечтала побыстрее оказаться дома. Лучше б не торопилась. Увидев ту сцену, я даже выронила зонт. Помню, как куда-то убежала сломя голову, даже нога не помешала мне этого сделать. Всё твердила себе, что этого не может быть, что это не правда. Но здравый смысл тихонько вторил: мои мысли – вот, что не правда, вот то, чего не может быть. Я глотала слезы и капли дождя до тех пор, пока меня не нашёл Антон. Ох и влетело ж мне тогда! Но с тех пор, я заперла сердце на замок и больше даже не допускала эти сумасшедшие, извращенные мысли в свою голову. Единственное, что так сильно меня интересовало, так это первая любовь Антона. Никто, даже родители, о ней ничего не знали. Только все знали, что именно из-за неё у Антона на личном всегда были какие-то трудности. Он лишь отмахивался. Но мне было обидно. Её он любил гораздо больше, чем меня.
-Марусь, ты о чем задумалась? – Из раздумий меня снова вытащил Антон.
-Да так, английский вспоминала. – Соврала я. На самом деле, почти вся ночь прошла в просмотре нового аниме. Я не могла остановиться смотреть, хотя легла спать в одиннадцать вечера.
-Что у тебя сегодня будет на конференции? – С интересом спросил Антон. Вот у всех старшие братья-сестры, особо не интересуются школьными и обычными успехами у младших, но мой брат превзошел абсолютно всех!
-Сначала доклад, потом опрос, затем выступление других команд и в конце, аудиторное прослушивание. – Скучно всё. Английский мне чуть ли не родной. Антон со мной с пяти лет им занимался.
-Прям как FCE (англ. First Certificate in English, известный как Первый Кембриджский сертификат) — экзамен по английскому языку, разрабатываемый и проводимый подразделением ESOL экзаменационного совета Кембриджского университета (UCLES). – Задумчиво протянул Антон, делая ещё один глоток. – Эй, паршивка, ты чего разукрасилась как новогодняя елка?! – Воскликнул Антон, ударяя кружкой об стол.
-Ох, и ты только сейчас заметил? – Лениво выдохнула я, запивая сырники кофе. Бомбический кофе у Тошки получается!
-Сейчас же смой с лица эту гадость. – Раньше бы я безоговорочно последовала его приказу. Но не сейчас.
-Тош, я не спала всю ночь, – причину опустим, - выгляжу не самым лучшим образом. На моем лице ничего кроме туши и нет. Даже ты, со своим соколиным зрением не сразу заметил, что я накрасилась. Хотя это громко сказано. – Я закатила глаза и встала из-за стола. Пустая тарелка и остатки кофе ушли в раковину, где я залила их водой. Мыть посуду сейчас вообще не хотелось. Да и я никогда не была слишком хозяйственна.
-Чтобы это было в первый и последний раз. – Рыкнул братец, помогая надеть мне пальто цвета бургундского вина. Сам подарил еще, когда мы с ним с Берлин ездили этим летом. Оттуда же и моя красивая сумка и вельветовые полусапожки цвета крем-брюле.
Мы вышли из квартиры и спустились вниз. Машина Антона - Volkswagen Phaeton 2017 года, которую он тоже купил в Германии на одной автомобильной выставке, покоилась прямо у выхода. Двое мальчишек фотографировались с ней, но завидев нас, быстро ретировались с «места преступления». Машина была класса люкс и продавалась за бессословные деньги. Но Антон мог позволить себе все, что душе угодно. Квартира, в которую он переехал, стоила отдельных слов. Но на них у меня не хватило времени. Закинув сумку на заднее сидение, я с удобством разместилась рядом с водительским местом и включила музыку.