Я с пеной у рта доказывала маме, что я отлично себя чувствую. Раз пятьдесят звонил Кузя и столько же Марта – сорвали телефон и мне, и маме, и даже Антону. Немного перефразировав рассказ, я доложила друзьям, что нахожусь в больнице. Кузя, он же Игорь Петров, вознамерился притащиться сюда тот час. В школе подняли такой кипишь, что будто не просто одноклассница попала в аварию, а сам президент Российской Федерации! Естественно, конференцию отложили до лучших времен, но о ней я подумала в последнюю очередь.
-Ты кушать хочешь? – В палату вошел Антон. Я стояла спиной к двери, возле окна, рассматривая пока ещё зеленую листву на близстоящих деревьях. Клёны. Я очень люблю клёны. С детства Антон собирал мне кленовый букетик, а в пик осененного листопада, когда остывающую землю укрывает цветное покрывало из листьев, фотографировал меня. У меня есть свой собственный «осенний альбом». Там снимки только осенью и только с Антоном.
Но как же сильно я ненавидела себя за то, что творилось у меня в душе и в сердце. Как боялась, что Антон рано или поздно узнает правду. Мне не было страшно, если родители отвернуться от меня, узнав, что дочь влюблена в брата. Я не смогу жизнь, если от меня отвернётся сам Антон. И чтобы никто и никогда не узнал о моих чувствах, я никогда не записывала дневники, не делилась с друзьями, даже вслух это не произносила. Я стыдилась себя. До тошноты. Смотрела в зеркало и мечтала вырвать эти волосы, глаза, содрать кожу, лишь бы не было так больно. Влюбиться в какого-то парня из школы – будь неладен этот глупый контракт – и навсегда уехать из родного дома. Или просто хотя бы уехать.
-Маш, ты меня слышишь? – Антон снова меня позвал, и мне пришлось развернуться.
-Что у тебя за дурацкий парфюм? Дико раздражает! – Скорчив рожицу, я зажала нос пальцами. Конечно ж, я лгала. Меня невероятно притягивал его запах, я пыталась найти его на полках в парфюмированных магазинах, но всё впустую. И это с учетом, что у меня аллергия на любые духи!
-Ты чего? – Антон удивился и принюхался к себе. – У тебя же аллергия на все парфюмы. Я не пользуюсь ими как раз, чтобы тебя не раздражать. – Пояснил Антон, вогнав в меня в ещё большее недоумение. Это что же получается, всё это время я просто искала родной аромат своего брата? Боже, я наркоманка! Это его природный запах!
-Странно. – Буркнула я и снова отвернулась, судорожно вздохнув.
-Так ты мне не ответила, кушать хочешь? Может чего-нибудь принести? – Антон подошёл ближе и обнял меня за плечи. Я любила, когда он меня обнимает сзади, со спины, сразу чувствую себя какой-то, не знаю, защищённой, что ли. Долго пришлось отвыкать. И сейчас, от неожиданности, я вздрогнула.
-Замерзла? – Антон неправильно растолковал моё дрожание и ещё крепче мне прижал. – Прости меня, пожалуйста, я не смогу жить, если с тобой что-то случиться. – Антон опустил подбородок на моё плечо и опалил своим горячим дыханием мою шею. Я снова поёжилась.
-Давай расторгнем договор? – Тихо, с опаской, предложила я. Потом почувствовала, как Антон замерз на моём плече, а затем поднялся. Взглянув на брата, я увидела каменное лицо, которое не выражало ровным счетом никаких эмоций. Лишь зубы были крепко сжаты, будто он сдерживался.
-Чтобы я больше не слышал ничего подобного. – Сквозь сомкнутые зубы прорычал Антон и уже собирался покинуть палату.
-Отпусти меня и я прощу тебя. – Вырвалось у меня, прежде чем я осознала свои слова. Мои желания не имеют контроля.
-Хватит! – Осадил меня брат, смотря на меня с неприкрытой злостью. - Мы с тобой договорились. Ты уже прошла весь этот путь, потерпи до пятнадцатого декабря и всё. Ты свободна.
Я больше ничего не ответила. Просто поняла, что спорить с ним бесполезно, а воевать я не хочу. Я просто тихо уйду, когда поступлю в университет и навсегда перекрою общение с Антоном. Сделаю ему сюрприз.
А сейчас буду паинькой, ведь для него я всегда была таковой. Как и для всех. Я, конечно, не была тихоней, но никогда не перечила ни родителям, ни брату, Тем более ему. На него я будто молилась. Странно, конечно, с одной стороны. Другой старший брат просто надавал по морде любому за то, что посмели меня обидеть. Антон же отдал меня в секцию единоборств. Я не любила насилие, но меня просто вынудили стать сильнее. Все обидчики получили по заслугам.