— Послезавтра начнут прибывать гости, — Атей мягко поцеловал меня в макушку, — Сицилла и Кортин будут раньше…
— Когда? — Не сказать, что я не была рада увидеть подругу, но в последнее время мы мало общались. Она готовилась принять власть у Кристарис, а заодно отдыхала от вторых родов. В придачу к уже имеющимся двойняшкам она подарила мужу дочь. Девочка была названа Элизой и имела ведьминский дар.
Завидовала ли я ее семейному счастью? Сложно сказать… мне бы тоже хотелось стать матерью, но завидовать той, кто была для меня сестрой? Нет уж… Просто мы все реже пересекались друг с другом. Каждый день на Аррахские острова, где жила Сицилла, не набегаешься и не налетаешься.
— Завтра утром. А сейчас принесут ужин, тебе нужно поесть и отдохнуть.
— Хорошо, — даже спорить не стала, потому что была голодна. И спать хотелось. Здорово я вымоталась за эти четыре дня.
После ужина хватило сил лишь крепко обнять мужа и уткнуться ему в плечо, вдыхая родной запах.
— Литана, дочка, что случилось? — идя на встречу с Сициллой, не ожидала увидеть льющую слезы дочь.
— Мама! — Она кинулась ко мне и разревелась пуще прежнего.
— Ну-ка пойдем, — обняла Литану и повела в свои покои, благо до них рукой подать.
— Что случилось, милая? — Я нежно гладила волосы дочери, пытаясь ее успокоить. — Почему с самого утра слезы льешь?
— Свадьбы не будет.
— Что?!
— Не будет свадьбы! И точка!
Я опешила. Литана не отличалась ни поспешностью решений, ни глупыми капризами, а потому…
— Рассказывай, — потребовала я, — и ничего не утаивай.
Минут через двадцать в общих чертах разобралась в происходящем.
Да, у демонов были любовницы, в том числе ведьмы. Это считалось нормальным. В конце концов, они же их и инициируют. Но я не знала, что ведьма не просто получает привилегии и подпитывается от своего первого мужчины, но и при расставании имеет право последней ночи. За это я еще Сицилле, Талане и Кристарис по голове настучу! Ладно, я не знала, но они-то куда смотрели?!
Когда Зейн обрел свою пару, встретив Литану, он оборвал связи со всеми ведьмами, которых когда-либо инициировал. Да их и было-то всего трое. Любовниц из демонесс у него не осталось. Спасибо Атею, который не просто проконтролировал этот вопрос, но и доступно мне объяснил. Зейн добровольно отказался от интимной жизни на время, необходимое для взросления его пары.
А теперь нарисовалась следующая картина. Одна из ведьм, десять лет не посягавшая на счастье Литаны, вдруг вспомнила о своем праве последней ночи, от которого не отказалась при расставании. Почему наследник этого не потребовал? Повелся на честность бывшей подруги?
Собственно, Зейн не мог отказаться. Чем думала ведьма — непонятно, всем известно, что встретивший пару демон ни с кем разделить ложе не сможет, не тогда, когда девушка созрела. С другой стороны, у них была связь — прочная магическая нить, что пропускала энергию мира, наполняя резерв демона и щедро беря у самого демона стихийную магию. Возможно, именно она позволит остаться ведьме в живых после ночи.
Причем речь о сегодняшней ночи. Интересно, какая сволочь Литане о ней поведала? Будь я на месте дочери, ни за что не простила бы, если бы мне такое сказали после, а не до…
— Свадьбы не будет, — эхом повторила Литана. — Не прощу. Ни за что! Случись это раньше или хотя бы не перед самой свадьбой… Я же понимаю — традиции, ведьминские законы, но…
Дочь расплакалась пуще прежнего, а мне захотелось собственноручно придушить Зейна. А заодно и ведьму, осмелившуюся так поступить. Сколько у меня есть времени? День? Найду… и прибью. И Талане скажу, она меня не только поддержит, но и поджарит нахалку.
В дверь забарабанили, я лишь подивилась, как она с петель не слетела.
— Литана, я чувствую, что тебе плохо! Что случилось?! Алиса, разреши мне войти!
— И он еще спрашивает, — пробурчала я, не успев остановить дочь. Она стремглав вскочила с дивана и распахнула двери. Магия легко пропустила ее, отворяя невидимый замок.
— Прочь! Я не хочу тебя ни видеть, ни знать! Свадьбы не будет!
— Литана… — растерянно выдохнул принц демонов, а затем выражение его лица стало более осмысленным, — милая, выйди, поговорим. Я объясню…
— Не отрицаешь, — дочь сжала кулаки, — вот и нечего вам, ваше высочество, здесь делать!
И так хлопнула дверью, что я вздрогнула.
Обняла девушку и повела ее в свою спальню. Где там у меня замечательные капельки? Сейчас накапаем в водичку, и Литана немного поспит. А мама все решит… И папа поможет. Никому не позволю обижать дочь! Бедная моя девочка, так перенервничала.