Сама церемония планировалась в саду, там же устроят бал. С танцевальной площадкой помогали Зейн, Кай и незнакомые ведьмы. Наследник владыки вел себя отстраненно, а когда наши взгляды пересекались, опускал веки, делая вид, что это ни разу не он. Я только посмеивалась и больше на него не сердилась. Меня волновало другое — завтра я увижу Атея. Конечно, если тот придет.
В общем, жизнь в поместье бурлила бешеным потоком. И свадьба обещала быть громкой.
Ох, я же до сих пор не ответила на последнее письмо! Устала и закружилась в кутерьме, что царит в «Радужном хрустале». Грызли сомнения, а стоит ли писать, завтра вроде бы должны увидеться… Мои терзания разрешил Мур.
— Ложись спать, дурочка, — проворчал он, — никуда твой демон не денется, придет как миленький. Но письмо потом обязательно напиши. Точно знаю, что он тоже хранит писульки.
Спрашивается, чего я так радостно улыбнулась?
— Бегом в кровать, не то застудишься, — противно пискнул Мур. — Хватит мечтать, Алиска.
Быстро спрятав письма, юркнула в кровать. Прав Мур, нужно спать, завтра будет радостный, но очень сложный день. Как-никак брат женится!
ГЛАВА 21
Атейтай о’Дейриц Авраз
Я едва ли заметил убранство сада, смущенных ведьмочек, жреца Светлоокой Альири, счастливых Сициллу и Кортина, свою семью, практически в полном составе сидевшую неподалеку от брачного алтаря. Видел только одного человека — Алису. Слышал только ее. Мои чувства обострились до предела. Почти два месяца мы не виделись, общались в письмах. И потому в ее присутствии не мог обращать внимание на окружающую действительность. Все мое существо было направлено на нее, и эмоции, которые она испытывала, становились моими.
Взгляда не отрывал от одетой по ведьминской моде хрупкой фигурки в праздничной белой рубашке с яркой вышивкой, украшенной полудрагоценными камнями, а по сути настоящими амулетами да оберегами, длинной юбке ярко-синего цвета с широким поясом на тонкой талии. Черные как смоль волосы затянуты шелковой синей лентой и перекинуты через левое плечо.
Я опоздал на торжество и теперь находился за спинами гостей. Не желая нарушать церемонию, чтобы занять предназначенное мне место рядом с Зейном, замер позади всех и теперь жадно рассматривал Алису. И как продержался без нее так долго?
Больше не мог думать о том, что она отменяла наши встречи специально, желая досадить или проверить крепость моего слова. Не мог, потому что знал, куда моя драгоценная ведьмочка направляла свои силы и на что подбила всех обитателей «Радужного хрусталя». Что бы она ни говорила, сердечко ее болит за империю. Такой призрачный шанс, неуловимый, но он у меня есть.
В Алисе плескалось столько нерастраченной нежности и любви, что я терял голову. И пусть адресованы они были не мне, а подруге и брату, однако я внаглую воспользовался моментом, жадно пил ее эмоции, замирал от ее восхищения подругой, от любования красотой церемонии, от счастья за Кортина. Там столько всего было намешано… далеко не сразу смог уловить еще один отголосок чувства, которого сейчас быть не могло. Алиса боялась чего-то или кого-то…
— …мужем и женой, — мелодичный голос жреца вырвал меня из омута чужих эмоций, — да благословит вас Светлоокая Альири!
Традиционно после этих слов служитель храма кинул в невесту и жениха искру магии, которая или разрастется, подтверждая благословение, или останется такой же величины и в будущем станет украшением для невесты — из застывшей янтарем капли божественной магии некоторые делали броши.
Я не раз был на свадьбах и готов поклясться, что такого яркого мягкого света, каким окутало две фигуры у брачного алтаря, не видел. Этот союз был угоден богам, он обещает быть долгим и прочным, а самое главное — счастливым. Это громко и объявил жрец, и улыбка не сходила с его лица. Истинная любовь приятна не только служителям богини, а потому абсолютно все гости, в том числе и демоны, широко улыбались. Мало того, я точно знал, что в их сердцах нет зависти и злости, они радуются искренне.