— Как я люблю молчаливых женщин! — восхищенно цокнул тролль. — И на все-то моя бочечка согласна! Мир и покой нас ожидают в браке, любовь и согласие!
Ага, как же! Я хмыкнула и засандалила этому гоблину промеж ног. А нечего лапы свои тянуть к тому, что не твое.
— Ай! — скривился тот, схватившись обеими руками за промежность.
У него там еще слова вырывались, но они, как говорится, сплошное пи — выговаривать такое не то что вслух, даже мысленно нельзя — уши покраснеют и отвалятся. А потому я, перехватив Никки удобнее, принялась прорываться к свободе, вопя во все горло низким утробным звуком и завывая устрашающе.
Наверное, было в моем облике что-то такое, троллей восхищающее — потому как вместо того, чтобы броситься врассыпную, часть из них, тусовавшаяся в большом зале, куда я влетела из-за очередного поворота, просто повскакивала и уставилась на меня.
— Во дает девка! — присвистнул кто-то, глядя, как я гигантскими шагами несусь к дубовой двери.
— Да уж… Повезло Гомболю, как никому! — поддакнул другой.
— И не говорите! — грустно вздохнул третий. — Такую бабу урвал!
Что там соизволил выдать четвёртый — я не знаю. Слава мамонтам, они мне не мешали бежать и орать, а потому я вскоре оказалась на улице и ломанулась к дороге. Куда бежать — неизвестно, но ноги сами несли меня, как Элли со Страшилой, в радостное будущее.
Глава 18
— Сто-о-о-ой! — пробился сквозь свист ветра в ушах тоненький голосок со стороны моей попы.
Батюшки светы, я ж забыла про Николаса! Тащу его как куль с навозом, он, наверное, всю моську себе о мою тушку разбил. Хотя, учитывая, какая у меня теперь внушительная филейная часть, наверное, не разбил, а так, слегка помял. Ну или просто немножко встряхнулся.
Поставив страдальца на ноги, отряхнула его, внимательно осмотрела на предмет повреждений и задумчиво хмыкнула — целехонек, некромантишка, даже не запылился.
— Куда ты так несешься? — недовольно поджал губы спасеныш. — Думаешь, тебя жених преследовать будет? Ха!
Чего это ха? Я подбоченилась и осуждающе сдвинула брови. Не ха, а супер-женщина я. Красавица и что там еще в порыве страсти шепчут тролли своим дамам?
— А ты замухрышечник! — поджала я губы.
— Что?
Что? У меня что, голос прорезался?
— Нет, погоди, Мария! Ты говоришь? — Никки округлил глаза до безобразия. — Ну ка, скажи еще что-нибудь!
— Кхм-кхм…
Я растерялась. Я говорю? Нет, что, правда? Говорю вот прям своим голосом?
— Ну… ээээ…. — мыслей не было.
Вернее, билась там одна в голове как птичка в пустой огромной клетке — я говорю, я говорю, я говорю. И все. Других не было. Правда, голос мой был груб и похож по тембру на голос дяди Васи, сантехника из ЖЭКа, но тем не менее, он был! И я могла внятно рассказать о себе, показать и даже многое объяснить. И теперь не надо алфавит учить, хотя я уже втянулась, собственно!
— Что-то мне дурно, — пробасила я, плюхаясь на свой многострадальный зад и обмахиваясь ладошкой.
Этак и до обморока недолго, вон как мир качается перед глазами.
— Эй! — Никки завис надо мной с озабоченным выражением лица. — Я тебя до дома не донесу. Я ж не такой могучий! И вообще, а чего ты раньше не говорила? Мычала только, как корова!
О боже! Он еще и обзывается! Как-то так обидно стало за такую умную и красивую меня! Ведь я же девочка, а он! Ааааа!
— Сам ты корова! — хмуро ответила ему, поднимаясь. — Пошли, чучело, показывай дорогу.
Никки открыл было рот, чтоб возмутиться, потом захлопнул его, покосился на меня и повернулся в ту сторону, откуда мы прибежали. И пошагал. Я за ним.
Сначала мы дотопали до города. Я ж в азарте сама не заметила, как вынеслась за пределы жилого массива и остановилась только в поле, так что идти по моим меркам пришлось не менее получаса. Племянник некроманта изредка оглядывался на меня, то ли хотел убедиться, что я иду, видать, со слухом плохо — я ж топала как слон, то ли просто убедиться, что я существую, ибо во взгляде его сквозило недоумение. Эх, а я-то как удивлена! Это что же, получается, я прогрессирую от мертвой к живой? Ну явно же не просто так ко мне изредка способности возвращаются? Сначала я просто ожила как зомби, потом сознание вернулось, потом аппетит проснулся… Теперь вот речь! А еще я дышу между прочим! Так что и легкие работают. И кишечник, кстати, тоже. Вон как бурчит и издает неприличные звуки! Слава мамонтам, кроме звуков всякие другие моменты в дороге не приключаются. А то помню я, как поехали мы на Байкал, а по дороге завернули в одно место, где продавались до одурения вкусные чебуреки. Ну и… употребили их по назначению в количестве по два на моську. В итоге, путешествие наше стало запоминающимся особенно, так как пришлось изучить окрестный лес и кусты во всех подробностях, извиняюсь за подробности. В общем, сейчас меня уже ничего не испугает. Ну, кроме, пожалуй, Никкиного дядюшки. Как он отреагирует на говорящего зомби?