«Вот выживу в этих приключениях, точно в санаторий отправлюсь. Для душевнобольных. Ишь, как нервы шалят!» — мрачно подумала я, сверля глазами напряженный лоб и прикрытые веки блондина. Ресницы его при рассматривании вблизи оказались длинными и даже чуть загнутыми, с выгоревшими концами, а прямо в уголке рта красовалась небольшая родинка. И эта треклятая ямочка на подбородке! Аж пальцы зазудели, как захотелось потрогать ее.
Я даже спрятала руки за спину, сцепив их в замок и замерев, аки суслик перед змеем. Пусть трогает, пусть лапает, я даже готова раздеться, лишь бы мои ощущения означали, что я оживаю! Попробовала дышать — получалось! Воздух свободно ходил туда-сюда.
— Нет, — покачал головой король, убирая руку и открывая глаза. — Ты принудительно совершаешь экскурсию грудной клетки. Похоже, в тебе жива только пищеварительная система, только я не пойму, переваренная пища идет для чего? Для прогресса? В общем, ты, Маша, загадка нашего мира. И пока я не разгадаю тебя, будешь жить здесь, со мной.
— А потом что? — буркнула, отходя подальше и сверля злым взглядом мужчину. — Я вам что, мягкая игрушка? Хочу — лежишь здесь, а хочу — выкину? Нет, так не пойдет! Я живое существо, у меня есть свои потребности! И жить тут с… вами я не намерена!
Выпалив эту гневную тираду, упрямо задрала подбородок и, сузив глаза, наблюдала за медленно бешенеющим королем. Вернее, это я так думала, что он ужасно злится, а он просто оценивающе разглядывал меня, скользя взглядом с головы до ног, так, что мне даже неловко стало и захотелось закутаться в паранджу и залезть под кровать.
— Смелая девочка, — внезапно изрек Алекис и усмехнулся. — Хорошо. Согласен, что жить со мной в одной комнате не очень удобно. Что скажешь насчет смежных апартаментов? Так нам будет удобнее общаться, а я смогу контролировать тебя и при случае прийти на зов.
— Какой еще зов? — замогильным голосом брякнула, оглядываясь.
Вот сейчас как запущу в наглую морду чем-нибудь тяжеленьким! Ишь ты, смежные апартаменты!
— Так ты забыла, что некромант тебя позвать может? — все также весело хмыкнул король, присаживаясь в кресло и располагаясь поудобнее.
Полотенце при этом распахнулось… самую чуточку, но этого оказалось достаточно, чтобы я успела увидеть больше положенного. Божечки, спасите меня немедленно! Стыдобище! Куда бежать?
Взгляд заметался по комнате, выискивая щели, в которые могло б протиснуться одно немаленькое тельце. Таких мест обнаружилось два — дверь в спальню и приоткрытое окно. Выйти в последнее я еще не созрела, а, чтобы добраться до двери, нужно было незаметно протиснуться мимо нахально лыбящегося мужчины в одном, прости, господи, полотенце! Срамота! Но глаза мои, словно у мягкой игрушки — косоглазого зайца — все время так и норовили метнуться туда, куда приличные девицы даже подумать не могут пялиться! Только неприличные, и только тайком, с фонариком под одеялом! Иногда. В общем, без свидетелей можно, и точка. А тут свидетель сидит, еще и мало того, что просто сидит, так еще и наблюдает за мной. Стукнуть бы его чем-нибудь!
— Маша, — проникновенно начал Алекис.
Я замерла, ожидая продолжения.
— Ну ты сама подумай — ты уникум! — не замедлил восполнить паузу король.
Я-то? А, я — да. Я уникум, конечно. Тут не поспоришь.
Так, Мия, взбодрись! Он явно рассчитывает, что ты поплывешь мозгами и согласишься на все!
— Если ты будешь все время под присмотром, мы сможем помочь тебе гораздо быстрее, — меж тем говорил мужчина, а я просто наслаждалась звуками его бархатного голоса.
Вот умеют же люди завлечь публику! Будь он нашим президентом, все бы женщины от мала до велика были в него влюблены! Между прочим, про президентов! Я, когда была маленькая, хотела выйти за нынешнего российского! Ни одних новостей с его участием не пропускала. Все ждала, что он мне скажет строго — Маша, ну и что ты сидишь? Собирай чемодан и приезжай срочно, я жду! Лет в 12 отпустило меня. Правда, я тогда влюбилась в отличника Петьку Васильева, подбила ему глаз и вырвала клок волос в знак своих горячих чувств, потом еще бабушка его разбираться приходила… Ну, да это дело прошлое, было и было… Хотя стыдно мне потом было долго. Папа сидел в моей комнате, делегированный женской частью нашего семейства проводить разборки с дитачкой, вздыхал грустно в течение получаса, потом спросил:
— Ну, ты все поняла?
— Да, папочка! — ответила я тогда, и поняла, что волосы выдирать и бить мальчишек нельзя.
Их надо хитростью брать. Как на рыбалке — взяла наживку, помахала перед носом, а когда клюнул — подсекать и вуаля — рыбка в домике.