Существо, а в том, что это человек, я была уверенна не полностью, к этому времени остановилось в трех шагах от дуба и уверенно так развернулось в мою сторону.
«Беги» - кричало сознание. А вот подсознание молчало, притом так спокойно без истерики.
-Призывающая, выходи, - низкий утробный голос, проник в меня, вызвав дрожь и томление.
-Я жду, ты звала. Я явился и не собираюсь вечно здесь стоять.
«Сама звала» - мысленный монолог не обнадеживал, но шаг я сделала, выходя из под защиты дуба.
«Он» притянул мой взгляд, едва я покинула укрытие. Лишь через пять шагов я поняла, что иду навстречу лесному божеству.
-Кто ты? – задал вопрос таинственный дух.
-Катя, - ответ прозвучал неуверенно, напоминал скорее писк.
-Ну, что ж Катя, - как-то особо выделил он мое имя.- Ты призывала меня из тысячелетнего сна. Зачем?
Под его пронзающим взгляде, я опустила голову и увлеклась пристальным изучением своих скрытых травой ног.
-Странно, раньше призывающие были более ясны в желаниях. Что ты хочешь Анна?
Почему-то мне приятно было слышать свое имя, произнесенное его устами.
Верно! Я пришла сюда за этим, а теперь испугалась. Набрав в грудь побольше воздуха, моргнув, решилась на желание.
-Простите меня, - я на всякий случай склонила голову. – Я хочу попросить исцеления для близких.
Он когтем поднял мой подбородок его взгляд, прожигая меня насквозь. Он как будто что-то искал и, кажется, нашел.
-Хорошо, будет тебе исцеление, но это требует жертвы.
Я покосилась на молоко и хлеб, оставленные под деревом.
-Нет. Этот дар мне не подходит. Мне нужно нечто иное, - и очень странная улыбка скользнула по лицу.
-Я согласна,- мне терять нечего было. Страх за маму, боль, которая все чаще посещала ее. Я все готова отдать, чтобы увидеть ее счастливую улыбку.
Дух кивнул и как-то резко переместился мне за спину. Прижал меня к груди, обхватив одной рукой за талию, другой оттянул мою правую руку в сторону.
-Исцеление других это боль, -после этих слов он запел странную мелодию.
«Анрис, айс. Мирис манс.»
Мелодия поначалу тихая, постепенно ширилась, ускорялась и поднималась вверх, в глубокое ночное небо. Неизвестно откуда раздался крик филина и бесшумная птица спланировала с высоты ближайшей березы. Я подумала, что она приземлится на дуб, но она летела прямо на нас.
Я даже ойкнуть не успела, как когти филина вонзились в мою руку. Адская боль пронзила меня, и я рухнула бы на землю, но руки лесного духа и его тело стало опорой для меня.
-Закрой глаза, - прошептал он. – Думай о том, кого ты хочешь исцелить.
Я мысленно представила маму. И красная точка, вспыхнувшая в сознании, понеслась вперед, потянув меня в темноту. Вдалеке мелькнул свет, и я оказалась у постели дорого мне человека. Она тяжело дышала. Я склонилась над постелью и теперь видела маму по-другому. Ее тело, ее душа были раскрыты как на рентгене. В голове прозвучал шепот.
-Протяни руку.
Я вытянула руку, и тело мамы стало светиться. Я видела, как исцеляется ее тело, что-то срастается, что-то уходит и лечение тела, шло параллельно с душой. Через минуту мама глубоко вздохнула и свечение постепенно угасло. Как только я закончила здесь, красная точка потянула меня дальше.
Чем дальше я летела, тем меньше сил оставалось. После исцеления брата, меня просто выбросило из темноты назад на поляну.
Филин сорвался с руки и скользнул в чащу леса. Дух подхватил меня на руки и тоже взмыл ввысь. Через сомкнутые, отяжелевшие веки мне показалось, что за его спиной развернулись огромные крылья.
Жертва
Очнулась я от прохлады, струившейся по-моему телу. Первое, что увидели мои глаза, было небо, глубокое, ночное, звездное. Чувства возвращались медленно. Сначала я ощутила воду и чьи-то руки, бережно поддерживающие меня. Потом вдохнула запах чего-то терпкого. И лишь потом услышала его голос. Оказалось я лежу на руках у духа, он нежно прижимает меня к груди и шепчет.
-Очнись моя девочка, очнись. Вернись ко мне.
Так тепло стало от этих слов. Казалось, он говорит это самому дорогому человеку на земле. В ответ я попыталась пошевелиться, но руки и ноги плохо слушались, лишь с третьей попытки я согнула правую руку и обвила шею моего целителя. Тяжело дыша, я склонила голову ему на грудь.
-Вот и умница, - вздохнул он с облегчением. – теперь давай выбираться.
Его руки обхватили меня в районе талии и чуть выше спины, и он с легкостью вышел из воды со мной на руках.
Судя по растущим вокруг деревьям, мы все еще были в лесу. Но поляна явно другая, в центре этого лесного пространства располагалась небольшая водная заводь. А саму поляну стеной окружали раскидистые ели. Направлялись мы явно к прямоугольному травяному помосту, назначение которого в этой глуши было не определить. Поросший мхом двухметровый холм одновременно напоминал и кровать, и алтарь для жертвоприношений. На него и водрузил мое тело лесной дух.