– Ну вот ты и проводи тогда допрос, – съехидничал пожилой.
– Ой, всё, молчу я. Но да, можно было бы, – смутилась помощница, – Как зовут? – она повернула своё рассерженное лицо к Ирине и задала вопрос на английском языке.
– Меня зовут Ира Озтюрк, – ответила Ирина на турецком, – я хорошо понимаю вас и немного говорю по-турецки.
– Ого! Значит, будем форму заполнять. Сколько комнат в квартире вашего мужа?
– Две.
– Чем отапливаете? Газом, дровами?
– Газом.
– Какой счет за воду пришел в последний месяц?
– Пятьдесят лир.
– Вот это да? Вы что ж так воду расходуете не экономно?
– Мы чистоплотные люди, «гусль абдест» у нас каждый день.
Все присутствующие в кабинете засмеялись от удачной шутки Ирины. После этого участковый пригласил на допрос Каана, официального супруга женщины, а потом отпустил обоих с глаз долой, не заподозрив неладного.
– Как тебе это удалось? – удивился Каан, обращаясь к Ирине на выходе из участка.
– Что именно?
– Ну, когда ты успела так хорошо язык выучить?
– Уметь надо.
– Извини, замешкался, дверь открыл, а там эти стоят с голодными глазами. Зашли в дом, спрашивают, где жена. Я не сразу вспомнил, что женат уже, – Каан засмеялся.
– Джан тебе много заплатил?
– Ну, – Каан опустил глаза, – скажу одно: он тебя недостоин.
После этой фразы Каан, крупный высокий турок, с оливкового цвета глазами и белой кожей, посмотрел Ирине прямо в глаза и сказал, что если она попадет в неприятности или просто соскучится, то может позвонить ему. Муж он ей, как никак, законный.
– Соскучилась. Звоню, – набрав номер, потирая распухшую бровь, пробубнила Ирина.
– Этот голос я узнаю из тысячи. Как твои дела? Как ты себя чувствуешь?
– Не очень мои дела, Каан, и чувствую я себя паршиво.
– Разберемся. Куда мне подъехать? Я на машине.
Через час Каан, шокированный увиденным и услышанным, и Ирина, с фиолетово-зелеными кругами под глазами, сидя в машине недалеко от набережной Кадыкёй, решали, что им обоим дальше делать.
– Мне некуда идти, а здесь я больше не могу оставаться. Однажды он убьёт меня, понимаешь? – проговорила Ирина. – Я собираюсь идти в полицию, пусть меня депортируют. Сначала хотела с тобой поговорить. Тебе же тоже, наверное, может прилететь от властей.
–У нас фиктивный брак, ты же знаешь. Конечно, мне тоже грозит наказание.
– А что тебе будет?
– Не знаю, но что-то будет точно. Зависит от прокурора и статьи, которую на меня повесят… А потом долгие суды и разбирательства, свидетели, сбор доказательств, что никакой выгоды я с этого не имел. Одним словом, никому не нужная возня. В итоге меня всё равно оштрафуют или посадят. Поэтому прошу тебя, потерпи. У меня сейчас отпуск, я как раз думал, куда бы рвануть, но одному ехать не хотелось. Если хочешь, поехали со мной. Заодно подумаем, что делать со всем этим мешком шишек…
Ирина согласилась, и Каан попросил её собрать вещи. Он ждал в машине и надеялся, что никто из дружков Джана и сам Джан не увидят, как пара вместе куда-то уезжает. Ирина пришла в ненавистный дом, где еще недавно была зверски избита. Красный чемодан, с которым она когда-то давно приехала в Турцию по совету консуматорши, несколько пачек тонких сигарет со вкусом яблока по заказу у русских челноков, смена белья, пара летних платьев. Даже купальника нет. Ирина огляделась – что еще взять? Ничего. Всё в этой жалкой квартире с плесенью было куплено на грязные деньги Джана.
После возвращения Ирины, Каан заехал домой, покидал первые попавшиеся вещи в спортивную сумку. Перед выходом он посмотрел в зеркало, и, немного поразмыслив, брызнул на себя несколько капель мужского парфюма.
Каан и Ирина отправились на отдых в отеле Мармариса, небольшого города, полного европейского комфорта и турецкой благородной скромности. Этот невероятный городок с потрясающей по красоте бухтой и очень дружелюбными людьми был хорош всегда – прохладным апрелем, жарким июлем, фантастически атмосферным сентябрем. Пара отправилась туда в самое красивое время года в Турции, весной, когда огромное солнце согревает сосновые леса Мармариса, и город тонет в хвойном аромате. Им предстояла неделя райского отдыха и лечения душевных ран на берегу прохладного Эгейского моря.
Глава 8
Катерина, возвращаясь домой с работы, забежала на базар. Она получала огромное удовольствие от покупок на турецком рынке. Молодые продавцы таращились на неё, делали ей скидки и подмигивали, старики поглаживали лбы и бороды, стараясь продать красавице товар посвежее. Катерина всегда покупала овощи и фрукты у одних и тех же торговцев, успевая вдоволь наговориться с ними, справившись о здоровье жен и успехах детей. И сейчас ей как никогда хотелось на базар, чтобы развеяться после насыщенного событиями дня.