— Вы втроём, без сомнения, самые прекраснейшие богини, которых я видел, — постаравшись говорить так, чтобы его голос не дрожал от волнения, выдавил Парис, доставая из кибисиса небольшое золотое яблоко с надписью «καλλίστῃ», что означало «прекраснейшей». — Каждая из вас достойна этого дара.
— Прекраснейшая может быть только одна, — Гера провела руками по тунике, разглаживая её так, что манящие изгибы её очень женственного тела обрисовались с бьющей в глаза чёткостью. — Выбирай ту, которая достойна больше других.
— Нет, так дело не пойдет, — с резким жестом, будто разрубала что-то невидимое перед собой, заявила Афина, — ты ещё разделить его на три части предложи. Яблоко должно достаться самой прекрасной из прекраснейших, — богиня войны и мудрости, резким движением перевернув копьё и вонзив на ладонь в землю, схватила древко обеими ладонями и прильнула грудью вплотную, одновременно поднимая и обвивая деревянную палку ногой. — Посмотри на меня! Разве я не достойна быть прекраснейшей? — Парис сглотнул, глядя на всё-таки ставшую поясом набедренную повязку и то, что она доселе скрывала. Он и не думал, что дева-воительница будет так откровенно демонстрировать себя, и уж тем более не ожидал, что в этом месте не будет никаких волос.
— С чего ты взяла, сестрица, что мужчинам нравятся тощие и мускулистые? — усмехнулась Афродита, плавно и очень соблазнительно подойдя к ложу, на котором всего несколько минут назад дремал юноша. Наслаждаясь безотрывным взглядом того, для которого она и старалась, богиня не менее соблазнительно влезла на четвереньках на ложе и растянулась на нём в весьма чувственной и зовущей позе на боку с поднятой в колене ногой, максимально оголив и без того полуобнажённое тело. — Мужчинам нравятся естественные и женственные девушки, умеющие подчеркнуть свои достоинства. Именно такую тебе нужно выбрать, Парис.
— Вы все прекрасны по-разному, но одинаково привлекательно, — Парис с трудом оторвал взгляд от лежащего в его ложе и словно бы ждущего его внимания прекрасного тела, вспомнив наставления Гермеса. — Но прекраснейшая должна быть прекрасна во всём, чтобы я её выбрал. К тому же, вы богини, и можете значительно больше, чем простые смертные. Прежде чем я оглашу вердикт своего суда, каждая из вас скажет мне, почему я должен выбрать именно её.
— Слова не мальчика, но мужа, — довольно улыбнулась Гера, подойдя к юноше. — Я самая могущественная из богинь Олимпа. Если ты отдашь яблоко мне, то я дам тебе достаточно сил и удачи, чтобы добиться невероятного влияния и могущества. Я буду покровительствовать тебе в любых начинаниях, даже если ты захочешь стать правителем всей ойкумены.
— Власть развращает и изнеживает, — пренебрежительно бросила Афина, встав рядом с матерью и уперев руку в бок. — Отдай яблоко мне, и тебя ждут ни с чем не сравнимые победы и воинская слава. С моим покровительством у тебя не будет противников, которых ты не сможешь одолеть. Люди пойдут за тобой в любую битву и сомнут любую армию. Разве не в этом счастье мужчины?
— Счастье мужчины в женщинах, моя дорогая сестрица, — Афродита не спеша поднялась с ложа и заняла место рядом с Афиной. — Это к их ногам мужчины бросают свои воинские победы, ради них обретают влияние и могущество. Отдай яблоко мне, и я сделаю тебя неотразимым в глазах женщин. Ты сможешь выбрать любую из них. Более того, — богиня, прикоснувшись ладонью к груди юноши, начала обходить его кругом, не отрывая руку от его тела, — я подарю тебе любовь и преданность самой очаровательной из смертных женщин. Люди не зря прозвали её прекрасной, один только взгляд на неё разжигает в мужчинах страсть и желание обладать ей полностью. Но она будет только твоей до конца твоих дней.
Сознание Париса слегка поплыло, видения об ослепительно красивой женщине, смотрящей на него влюблёнными глазами, заполонили разум. Он крепче стиснул рукой в кармане продолговатый овальный морской камешек, подарок жены, речной нимфы, в знак своей любви. Видения неохотно отступили и юноша понял, что вновь может здраво рассуждать.
— Я услышал вас, о прекраснейшие, — начал он, глядя поочерёдно на ожидающих его решения богинь. — Вы пришли на мой суд, и я расскажу, кто из вас более достойна этого дара, на мой взгляд, и почему именно. Но вы должны пообещать мне, что те две из вас, кто останется без дара, не будут преследовать меня за мой выбор.