Непроизвольно потерев щёку, Парис постоял некоторое время, приходя в себя после увиденного и услышанного, затем зашагал внутрь дома, не забыв прихватить свою чашу с вином. Сел в кресло и уставился на довольно ухмыляющегося гостя, присвоившего его амфору с неразбавленным хиосским.
— А ты молодец, — крупный мужчина с благородными чертами лица, обрамлённого густыми чёрными локонами, и небольшой кудрявой бородой, довольно скалился. — Немногие смертные могут противостоять чарам Афродиты.
— Ты ведь поэтому меня и выбрал, да? — усмехнулся Парис, глядя на приложившегося к амфоре гостя. Без сомнения, тот слышал каждое слово.
— Не только поэтому, — вытирая рукой вино с бороды, ответил Зевс, ставя пустую ёмкость возле кресла. К счастью, на столе стояли ещё две полных. — Ещё поскольку ты хороший оратор. Про беспокойство от мужа, это, на мой взгляд, было лишнее, а в остальном мне всё понравилось. Ты учёл и логически оправдал все мои пожелания, а я люблю умных и расторопных.
— Благодарю тебя, — склонил голову Парис, слегка напрягшись. Слишком сильно понравиться Зевсу было чревато повторением истории его далёкого предка, Ганимеда. Хоть тот и вошёл в результате в божественный пантеон, но гасить для этого множество раз страсть верховного бога собственным телом — слишком большая цена. — Зато эти слова придали мне убедительности. Позволено ли мне будет узнать, для чего мне нужно было сделать именно такой выбор?
— Конечно позволено, теперь, после признания её прекраснейшей богиней, моя жена будет весьма довольна и быстрее простит меня, — довольно улыбаясь, наполовину опустошив вторую амфору, произнёс мужчина. — Как я уже сказал, ты своими действиями порадовал меня, поэтому я, в свою очередь, также одарю тебя. Насчёт убедительности, тут ты прав, упоминание меня сыграло свою роль. А тебе Гера и правда понравилась больше дочерей, или это была умелая ложь?
— Чистая правда, — подтвердил Парис, расслабленно откинувшись на кресло. — Мне всегда нравились женщины постарше, умные и знающие, чего хотят. — Он представил, как покровительница семейного очага, после поцелуя в щёку, в знак благодарности встаёт перед ним на колени и настойчиво одаривает его особой милостью, проглатывая закономерный обильный результат.
— Но-но-но, — строго замахал пальцем Зевс, возмущённо глядя на юношу и ставя на пол вторую пустую амфору. — Невежливо мечтать таким образом о чужой жене, тем более, в присутствии её мужа.
— Ты что, мысли умеешь читать?! — испугался Парис, припоминая, думал ли о чём-нибудь оскорбительном для гостя. — Оно как-то само представилось. Мы же оба мужчины, пойми меня.
— Умею, но читаю только пошлые мысли, прочие мне неинтересны. Ладно, прощаю, у меня тоже такое бывает, — вновь подобрев, верховный бог махнул рукой, второй хватая последнюю наполненную вином ёмкость, — тем более, в том, что ты представил, она такая умелица, каких поискать. А у меня есть с кем сравнивать, ха-ха, — мужчина довольно заржал.
— Скажи мне, великий, правда ли, что твоя дочь Афина всё ещё дева? — Парис припомнил мучавшегося этим вопросом подвыпившего Гектора во время последнего пира, среди всех богов почитавшего Афину и Ареса больше остальных.
— Какой интересный вопрос, — хитро ухмыльнулся Зевс, отрываясь от амфоры, — это с какой стороны посмотреть. С одной стороны дева, а с другой уже давненько не дева, если ты понимаешь, о чём я, — в конце он опять довольно заржал. Юноша вежливо посмеялся за компанию, на всякий случай, чтобы не разгневать непредсказуемое божество. — Ладно, пока не забыл, — Зевс простёр руку к Парису. — Я, как верховный бог, отныне дарую своё покровительство, отныне ты защищён от гнева любого из пантеона, ибо я верховный бог и превыше их, а также одаряю тебя божественным провидением. Оно не даст тебе сделать неверный выбор. А ещё, раз мы оба мужчины, я также одарю тебя тем, чего сам лишён.
— Надеюсь, мне это понравится, — пробормотал напрягшийся Парис, с подозрением глядя на довольного верховного бога. Он был наслышан о коварстве божественных даров.
— Вне всякого сомнения, — рассмеялся Зевс, отбрасывая последнюю опустевшую амфору и поднимаясь. — Отныне твоя жена никогда не будет тебя ревновать и будет спокойно относиться к твоим изменам. Сколько бы их не было, какими бы они не были, на её любовь к тебе это никак не повлияет. Гордись, ещё никто из смертных не получал такого благословления от меня. Ладно, попраздновали и хватит. И кстати, рекомендую тебе уехать из Трои, через полтора года там будет очень жарко.