На четвереньках тортоланка доползла до постамента с сундуком и принялась осторожно, не забывая о возможных ловушках, ощупывать его. Когда это не дало никаких результатов, Урсула устремилась к стенам. Она часами обшаривала огромный зал, ища какую-нибудь кнопку, рычаг, что-то, открывающее дверь изнутри. Бесполезно. Далила вырвала сердце древнего города, превратив его в склеп. Стимулятор окончательно нейтрализовал действие токсина, рана была не опасной, но что толку? Она умрет здесь от голода - или когда закончится воздух.
От безысходности Урсула выхватила бесполезные мечи и обрушила их на темноту - туда, где должен был быть постамент с сундуком. Потом еще раз, еще и еще, пока в руках у нее не остались два обломка. В гневе Урсула ударила проклятый постамент ногой. Этот удар что-то проломил, обломки - видимо, сундука - грохнулись на пол. И в конце зала раздался скрип. Урсула двинулась туда, ощупывая пространство перед собой - радостно поняла, что часть стены отъехала в сторону.
- Что это, мать твоих нефилимов, было! - лысый человечек с факелом нависал над привалившейся к стене культисткой - Ты заманила нас на заклание быко-волко-люду?
- Это был демон - глухо произнесла так, кого называли Кэролайн Бриск - Демонический брут. Если тебе интересно, бруты занимают промежуточную прослойку в иерархии демонов, что напрямую соответствует их силе. Они не так ничтожны, как бесы или черти, но и не столь возвышенны, как дьяволы или ифриты...
- Да плевать мне, как оно называется! Ты говорила, что приведешь нас к твоему Клагвию!
- А еще я говорила, что порталы не надежны. Я не знаю, откуда здесь взялась эта тварь. Не знаю! Отстань...
- А ты что думаешь?
Локс обернулся к самому, пожалуй, загадочному для Урсулы члену группы. Это была невысокая черноволосая девушка, в команде авантюристов - непримечательная и даже бесполезная. Во всяком случае, до встречи с демоном она выглядела именно такой. Факел выхватил из темноты грустное, растерянное лицо, по которому сбегали две слезинки.
- Что-то случилось. Клагвий не может стоять за эти чудовищем. Он не мог предать нас... Не мог! - и она отвернулась.
Урсула прикрыла глаза. Боль в растревоженных ногах утихала. Убийца был прав - ей понадобится несколько месяцев, чтобы снова стоять на них. Убийца? Имела ли она право называть Олбериона так после всего, что было?
Орден исчез для Урсулы вместе с Игнисом - за дураком наверняка стояла Армисита. А может, он исчез еще раньше, вместе с Ахелионом? Значил ли для нее что-то этот орден?
Урсула смотрела на воришек и поражалась тому, как эти четверо, такие разные, непонятные и слабые, раз за разом рискуют жизнью, чтобы спасать не только друг друга, не только совершенно незнакомых людей, но и всяких падающих с крыш зверолюдок. Им хотелось помогать, хотелось защищать их. Как же мало она могла без ног! Урсуле снова вспомнилась детская драка в пирамиде, когда она так же сидела на полу и беспомощно смотрела на яростный героизм Ахелиона. Непобедимая ученица Балгоррана, лучший фехтовальщик первого круга Резни... почему, когда действительно нужно, она может так мало?!
- И как мы будем выбираться? – неизвестно у кого спросил Локс - Повторим попытку с сундуком и камнем? Все готовы убить еще одного демонического брута?
- Я знаю, как нам выбраться - сказала она, и почувствовала на себе сразу пять пар глаз - Нужно сломать этот сундук. Тогда откроется еще один проход.
- Ты уверена? - спросил Олберион.
- Таким путем я выбиралась в прошлый раз - пожала плечами Урсула.
Инрика решительно подошла к постаменту.
- Если это путь наружу, то пора выбираться - она ударила по сундуку.
Кулак отскочил от камня, и девушка схватилась за руку. Видимо, на сегодня лимит разрушительной магии был исчерпан.
Все они задумчиво смотрели на постамент. Взрывного зелья у Урсулы не осталось. Олберион нерешительно крутил в руках меч - сталь не лучшее средство против камня. Локс и вовсе не был специалистом по грубой работе. Кэролайн протиснулась между ними и опустила руку на шкатулку.
Она потеряла сознание и рухнула назад - в руки последнего члена группы, Астрея. Этот молодой сатир интриговал Урсулу даже больше, чем Инрика. Он явно пользовался уважением в команде, обладал незаурядным интеллектом и лидерскими качествами. В то же время его тяготила какая-то невидимая ноша. Связанная с этой Кэролайн, которой приходился кем-то вроде приемного сына. Он даже держал мать так, как дети держат мерзкую змею или жабу - как будто вот-вот выпустит.