Их разоружили, а так же надежно связали руки - даже ей и наконец пришедшей в себя Кэролайн, но не Астрею. Когда Инрику, Олба и Локса усадили к скале, он продолжал стоять - родичи будто бы его не замечали. Астрей подошел к Друнаку и что-то проблеял ему, всплеснув руками. Горец выслушал, буркнул какое-то слово и ударил Астрея кулаком в нос так, что тот свалился на землю.
Друнак сел у восстановленного костра, достал осколок Зеркала Отрис, немного поковырял грязным ногтем трещину, поднес к глазам, ничего не понял и убрал реликвию обратно в мешок. Затем с самым задумчивым выражением, на какое только было способно лицо варвара, уставился в огонь.
Герои. Глава 24
Глава 24
Астрей
10.07.9583 года от В.Т., ночь
Полифеда, герцогство Поющих Озер, город Хараман
Городская стена
Они отбили очередную атаку! Сатиры сумели забраться на стену и уже начали теснить стражников, но помощь пришла вовремя. Циркачи обрушались на врага шквалом стрел, ножей и пламени. Теперь Астрей стоял на башне, а внизу бежали, сверкая волосатыми хвостатыми задницами, его дикие сородичи. Восторженно кричали солдаты, выли трубы, реяло на ветру синее знамя Поющих Озер. У края башни, спиной к нему, стояла тонкая рыжеволосая женщина в синем трико. Она обернулась.
Лицо Вивиан было спокойным и бледным. Чуть ниже ключицы по ткани расплылось бурое пятно, из которого торчала корявая стрела. Еще одна попала в низ живота, около бедра - там крови было гораздо больше.
- Я считаю, что мой дом - весь мир - прошептали белые губы - Что это - место, где я нахожусь. И раз я здесь, я буду защищать этот город, как свой дом.
Астрей бросился к ней, но не успел. Акробатка завалилась назад и полетела вниз. Он оказался у края башни и теперь смотрел вниз. Но ни летящего тела, ни бегущих сатиров, ни растоптанной копытами земли там не было. У подножья стены бурлила черная жижа, в которой вдруг выросла огромная, ощетинившаяся острыми зубами пасть. Башня накренилась, а затем начала падать вниз. Жуткая пасть приближалась, Астрей впился пальцами в камни парапета и проснулся.
Он уже не падал. Он лежал на шкурах в темноте палатки. Вивиан рядом не было, как и Харамана. Палатка стояла в поселении сатиров в Серых горах, и, кроме Астрея, внутри не было никого.
Прошлую ночь они провели на том же месте и у того же костра, что и планировали. Правда, вместе с отрядом Друнака. Сатиры разбудили их, как только встало солнце, и повели добычу через горы. Они даже успели сделать корявые носилки для Урсулы. Человек бы вряд ли перенес путешествие на этих палках, но тортоланка не жаловалась. В общем-то, они все предпочитали молчать.
К "спасателям Харамана" относились не столько как к пленникам, сколько как к опасным гостям. А вот к Астрею отношение было немного иным. Когда он спросил у Друнака, почему его не связали, тот назвал Астрея предателем и едва не сломал ему челюсть. Бывший циркач никогда не встречался с дикой родней и не знал их обычаев. Но из обрывков разговоров он понял, что горные жители превыше всего ценят свободу. А тех соплеменников, что живут на территории людских поселений, считают предателями этой самой свободы. И все-таки, предатели остаются сатирами, поэтому ограничивать их движения - табу. До того, что не физические ограничения влияют на "свободу" гораздо сильнее, горская мудрость пока не додумалась.
К концу дня опасных гостей привели к Вратам Занира. Это было поселение, разбросанное по нескольким горам, чьи плоские верхушки связывали подвесные мостки. Назвать его городом Астрей не мог даже при всем уважении к сородичам - скорее, место напоминало военный лагерь. Здесь жили в пещерах и палатках, пасли коз и спускались в низины, где можно было поохотиться на добычу покрупнее этих самых коз. Несмотря на общую примитивность, подходы к Вратам представляли собой извилистые тропы и крутые склоны, превращенные в отличный оборонительный рубеж. Сатиры не нуждались в крепостях - частоколы, ловушки и стрелковые засады превращали гору в неприступный замок. Астрей не был знатоком военного дела, но сразу понял, почему Полифеда так и не завоевала ближайшую обитель зверолюдов. Даже многотысячная армия понесла бы огромные потери и в людях, и во времени лишь для того, чтобы захватить палаточный городок. Война со зверолюдами была бы тяжелой кампанией ни за что.