- Сомневаюсь - Инрика кивнула на кровавую похлебку - А впрочем, слушай. Не велик секрет от того, с кем делишь судьбу.
Она откинулась назад, накрыв ладонью культю - протез у нее забрали вместе с экипировкой стражи, заботливо натянув на тело серую робу. В полумраке камеры девушка казалась похожей на призрака. Впрочем, Локс, хоть после тщательного обыска ему и оставили одежду, наверняка выглядел не лучше.
- Началось все с того, что мой отец был конченым ублюдком. Все детство я его боялась. Когда мне было двенадцать, я поняла, что ничего хорошего меня не ждет. Он выдаст единственную дочь за такого же ублюдка - для них люди словно вещи. И я сбежала.
- Подожди, но ведь браки по расчету заключают только благородные, да и то...
- Эта тварь была о-о-очень благородна. Ну да черт с ним. Я сбежала, спрятавшись в повозке бродячего торговца во время ярмарки. Когда меня нашли... Что ж, моего рассказа и моих слез хватило, чтобы этот достойный, в отличии от благородной швали, человек согласился не выдавать беглянку, а взять меня с собой. Я путешествовала с его караваном, пока не оказалась в столице. Там Матис, так звали торговца, и познакомил меня с пророком Клагвием.
- Клагвий - это ваш лидер?
- Не в том плане. Скорее, он наш духовный ориентир. Лидер... Лидер он для всей Полифеды.
- В каком смысле?
- Ну, ты же знаешь про Совет пяти?
- Знаю. Вояка, торгаш, казначей, святоша...
- И советник Разума - жестко прервала его Инрика - Магистр Академии сновидцев. Лорд Клагвий.
Локс выпучил глаза. Если за их ограблением стоял один из первых людей государства... Все запутывалось еще больше.
- Ты же знаешь, кто такие сновидцы?
- Ну, я слышал, это типо блаженных - протянул он. Инрика посмотрела на него так, будто сейчас ударит, но вдруг усмехнулась. Эти культисты на всех, кто не верит в их сказки, смотрят как на детей!
- Что ж, придется начать еще раньше. Как тебе, проклятый ты безбожник, должно быть известно, наш мир - это некая середина. Мост между Мизантилом, миром смерти, и Апоктилом, миром снов. О первом не стоит говорить, поскольку мы с тобой и так подобрались к нему слишком близко. Апоктил - это мир, разделенный на пять доменов - Океана, Небес, Пламени, Тверди и Разума. Каждым из них правят титан и титанида, а населен мир снов элементалями. Элементали говорят с людьми во снах и дают им туманные пророчества, а после, используя силу стихий, приводят их в исполнение.
- Мне во снах ничего не говорили...
- Не все люди могут пробить завесу между мирами. Лишь малая часть, те, кто рождается с особым даром, могут во время сна попасть в Апоктил. Их называют сновидцами. Дар обычно проявляется с детства. Это выражается в видениях, которые приходят во время снов, а чаще - обмороков или приступов... Мы были дружны с Матисом, я много рассказывала ему о себе и своей жизни. Он рассказал это Клагвию...
- Он разболтал ему твои секреты? И ты так просто...
- Он делал это ради меня, я поняла и приняла это. Матис хотел мне помочь, и помог. Клагвий сразу понял, что у меня дар. Что я рождена сновидицей.
- Так, и что дальше?
- В Академии сновидцев учатся пять лет, с четырнадцати до девятнадцати. Мне на тот момент едва исполнилось тринадцать. Матису нужно было уезжать из Эгронаса по торговым делам, и я осталась у Клагвия. Он был очень занят, но все равно взялся за мое обучение - по столичным меркам я была не хуже крестьянки. После Академии сновидцев распределяют по знатным лордам - направлять их и давать советы. При распределении смотрят не только на мастерство, но и на воспитание, социальные навыки, образованность. Я боялась попасть к кому-то вроде отца, и Клагвий этого не хотел.
- Итак, ты прожила у него целый год, и поступила в эту Академию...
- Так, но я... Я влюбилась - глаза Инрики стали мечтательными, а бледные щеки, казалось, залились румянцем - Он был так не похож на всю эту провинциальную мразь... Локс, я и не знала, что люди... Что мужчины могуть быть такими. Добрыми, заботливыми, внимательными... Впрочем, другие и не могут. Матис - хороший человек, но я сама навязалась ему, и наши общение не могло перейти дальше дружбы. Клагвий относился ко мне как к дочери, а я... Нет, я никогда не думала соблазнить его, а он, хоть и все понимал, никогда не пытался мной воспользоваться. Он великолепен, Локс. Тот год был таким счастливым...
Она мечтательно задумалась. Локс уже хотел задать вопрос, но Инрика сама вспомнила, что она не во дворце советника, а в хараманской тюрьме.