глава 12
— Как тебе ужин manzana? Понравился?— Очень! Спасибо! — Мы допивали вино в маленьком ресторанчике, интерьер которого был выполнен в колониальном стиле.Начо рассказал о себе многое, даже то что, на мой взгляд, ему не стоило рассказывать. Когда он рассказал мне о самом сокровенном, то дал понять, что доверяет мне. У Начо есть маленькая дочь. Он встречался с девушкой, и она забеременела, а когда родила, то бросила Начо вместе с крохой на руках. Начо, конечно, помогали родные братья и мама, но думаю, ему все равно было тяжело, и он не спал много ночей, зарабатывая деньги для своей малютки. Я спросила у него, где сейчас ее мать, оказалось, что она сразу уехала в Мексику в надежде на другую жизнь. Она думала, что ее семья примет ее с распростертыми объятиями обратно, но там уже все знали, что она натворила, и по последним данным она торгует своим телом. Мать Луины — проститутка.В зале заиграла красивая мелодия. Начо заметил, медленное покачивание моих плеч из стороны в сторону.— Хочешь потанцевать?— Ничего себе, ты не похож на парня, который умеет танцевать.— Любой мужчина умеет двигать нижней частью своего тела, особенно вперед и назад. Так что не вижу в этом проблемы. Идём? — Начо встав, отодвинул стул и протянул мне руку.— Идём. — Ответила я, все еще пылая от его комментария.Тело Начо было жесткое как скала, это я поняла еще тогда когда прижалась к его спине сидя на байке. Его огромные руки обнимали меня за талию, обещая не выпускать.— Начо, а кто поет эту песню? — Спросила я.— Maná — Labios compartidos.— А ты можешь перевести, о чем она?— О manzana, это очень откровенная песня. — Мы покачивали бедрами, и в таком положении Начо положил мою голову себе на грудь, и стал переводить каждое слово этой песни мне на ухо.Любовь мояЕсли я под толчками твоих ног,Если я погружен в качание бедер,Это небо, это мое небо.Сбежавшая любовь,Берешь меня, оставляешь меня, выжимаешь из меня все и отбрасываешь в сторонуТы уходишь на другие небеса и возвращаешься подобно птице колибри,Держишь меня как собаку у своих ног.Еще раз мой неразумный ротСнова оказывается на твоей коже,Твой рот устремляется ко мне и возбуждаетЯ снова падаю, от твоей груди до твоих ног.Поделенные губы, разделенные губы, моя любовь,Я не могу делить с кем-то твои губы,Которые делю обманом, и я делю свои дни и свою больЯ больше не могу делить твои губы,О любовь, о любовь, разделенная.Мутированная любовьЛюбовники с правом и без права владеть тобой постоянноА я всегда должен терпеливо ждатьКуска, который мне перепадет от тебя.Молнии и спиртное,Одинокими голосами я заплачу под солнцем,Мой рот — горящий, измученный,Ты раздеваешься, ангел фея, потом ты уходишь.Еще раз мой неразумный ротСнова оказывается на твоей медовой коже,Твой рот устремляется ко мне, заставляет страдатьЯ снова падаю от твоей груди до твоих ногПоделенные губы, разделенные губы, моя любовь,Я не могу делить с кем-то твои губы,Которые делю обманом, и я делю свои дни и свою больЯ больше не могу делить твои губы,Разрази меня громом,Лучше навсегда забудь меня моя любовь,Но я больше не могу ни с кем делить твои губы,Делить твои поцелуи…Разделенные губы…Я люблю тебя со всей искренностью, без меры,Я люблю тебя хотя бы и разделенную,Твои губы имеют власть.Я люблю тебя со всей искренностью, без меры,Я люблю тебя хотя бы и разделенную,И ты по-прежнему имеешь контроль.Температура моего тела поднялась до критической отметки. Начо знал что делал. Его голос вперемешку с текстом этой песни очень сильно возбудили меня. Но когда кто — то в зале стал подсвистывать нам, Начо нахмурился и мы перестали танцевать.— Чем еще хочешь сегодня заняться? — Спросил у меня Начо, после того как мы вернулись за свой столик.— Не знаю. У тебя есть предложения? — Я пожала плечами и отвела в сторону глаза.— Manzana я понимаю, что страшен как дьявол, но тебе не стоит меня бояться. Я пугаю своим видом всех niños на нашей улице. Меня бояться все кроме Луины, ее губки улыбаются при виде меня.— Видишь, я тоже улыбаюсь, и совсем тебя не боюсь. — И это была правда.— Я могу быть очень нежным, если ты захочешь.— Хочу… хочу, чтобы ты был нежным. — После моих слов Начо за раз осушил свой бокал.— Моя мастерская находиться неподалеку, поехали ко мне? Только, пожалуйста, не подумай нечего плохого, в ее жилой комнате очень уютно.— А почему ты не пригласишь меня к себе домой, разве я этого не заслуживаю? — Мой голос выдал мою обиду.— Не говори так, ты заслуживаешь всего самого лучшего manzana.— Тогда в чем проблема?— Проблема в том, что мастерская и есть мой дом. — О Боже, какая я дура.— Начо ты не представляешь как мне стыдно сейчас. — Я взяла его руку в свою, но он выдернул ее обратно.— Мне не нужна твоя жалость. Поехали, я отвезу тебя домой. — Начо бросил на стол несколько купюр, и пошел в сторону выхода. Я сразу выбежала следом за ним.— Начо постой. Давай лучше пройдемся немного, ты выпил, и это не лучшая идея садиться за байк. В какой стороне ты живешь?— Мне нужно осушить целую бочку, чтоб я был пьян, а не какой — то там бокал вина. Садись, я отвезу тебя туда, откуда забрал.— Я не хочу домой, я хочу к тебе. — Начо сильно выдохнул, и посмотрел на меня.— Я веду себя как идиот, правда?— Нет.— Прости, это все мой вспыльчивый характер. — Боже, он еще и извиняется.— Твое предложение еще в силе?— Еще, в какой силе. — Теперь уже заулыбался Начо.— Только пошли пешком, пожалуйста. — Умоляла я.— Вон видишь в конце квартала колесо с неоновой подсветкой, нам туда. Так что залезай и не волнуйся, ты еще в большей безопасности, чем думаешь.Мастерскую и жилую часть одного большого помещения, делила витражная стена. Все три автокрана были рабочими, и на них висели машины. Наверно с Начо работа