— Ты просто не знаешь моего мужа.
Ты устало посмотрел на меня, как учитель математики смотрит на умного, но упрямого ученика, упорно не желающего вникнуть в суть доказательства теоремы.
— Ну, хорошо, хорошо, — сдалась я. — Я скажу, что кто-то из коллег оставил этот телефон у меня на столе и я уже давно таскаю его в сумке и все время забываю отдать.
— Неплохо, — одобрил ты. — Это объясняет, почему аппарат уже какое-то время находится у тебя в сумке. Возможно даже, несколько месяцев. Держи его в отдельном закрытом кармашке. Твой коллега решил, что потерял телефон, и аннулировал номер, поэтому не обращался к тебе с просьбой его вернуть. А ты продолжаешь носить его в сумке и думать о нем забыла. В этом случае, даже если муж регулярно проверяет твою сумку и повторно найдет телефон, ты прикрыта.
Я не могла не улыбнуться идиотизму предположения, что муж сунет нос в мою сумку, да еще больше одного раза, но меня бесконечно согрела мысль о нескольких месяцах. Он сказал: несколько месяцев. Он считает, что это будет продолжаться еще много месяцев. Тут весьма кстати зазвонил мой телефон, мой обычный телефон. Дожидаясь тебя, я проверяла электронную почту, а телефон все еще лежал на столе перед нами. Засветился экран, и поверх фотографии моих детей, снятой на выпускном дочери, появились слова «Номер не определен».
Не отвечая на звонок, я отпила кофе. Ты посмотрел на меня с натянутой улыбкой и поинтересовался:
— Почему ты не отвечаешь?
Я пожала плечами:
— Номер не определен; это или по работе, или спам.
Телефон умолк. Я бросила взгляд на экран. Пропущенный вызов с неизвестного номера. Через секунду или две экран погас. Ты снова откинулся на спинку и испытующе поглядел на меня.
— Разве тебе не интересно, кто это был?
Я усмехнулась:
— Нет, я же говорю с тобой. Если это что-то важное, мне оставят сообщение.
Ты взял мой телефон и проверил:
— Пока никаких сообщений.
— Ну, может, еще появится. Если нет, значит, это не так важно. У меня часто бывают такие звонки. А у тебя разве нет?
— Какие?
— С неопределенного номера.
Это правда. В последние пару месяцев такие звонки почему-то участились. Если я брала трубку, на другом конце царила тишина, как при сорвавшемся соединении. Я решила, что мой номер каким-то образом попал в список рассылки спама, как это время от времени случается с электронной почтой.
Ты слегка нахмурился.
— Как часто ты их получаешь?
Я снова пожала плечами.
— Раза два-три в неделю. Иногда сообщение с работы приходит тут же, иногда — на следующий день. Иногда ничего не приходит. Пару дней звонили пять или шесть раз подряд, потом две недели вообще не звонили. А в чем дело? Разве это так уж необычно?
Ты слушал меня внимательно и напряженно, на мой взгляд, даже чересчур напряженно, потому что сама я не придавала этим звонкам особого значения. Как и ко всем, ко мне то и дело приходят письма от страховых компаний с предложением помощи в получении компенсации за несчастный случай, которого со мной не происходило; мне без конца звонят люди, горящие желанием проапгрейдить мой новый компьютер, а электронный ящик лопается от посланий генералов армии США, мечтающих перевести на мой счет сотни тысяч долларов, и от медицинских центров, готовых увеличить мой пенис. Мне под дверь просовывают каталоги модной одежды и каждый день приносят по три рекламных листка из пиццерий. Сколько пиццерий может быть в Западном Лондоне? Нас всех преследуют, осаждают, засыпают спамом, обстреливают градом сообщений и предложений. Один неопознанный вызов не представлялся мне достойным поводом для волнения.
Но ты слушал меня с крайне серьезным видом.
— Когда был первый звонок? — спросил ты.
— Первый, после которого не было сообщения? Ты хочешь знать, когда я заподозрила, что это спам? — Я в очередной раз пожала плечами. — Ну, наверное, после Рождества… или Нового года… Послушай, это не…
— Значит, это не мог быть я, — с кривой улыбкой сказал ты. — Значит, другой тайный любовник, мой предшественник.
О-о, вот оно что, подумала я, сразу поняв, в чем дело. Я тепло улыбнулась тебе и покачала головой. Ты не улыбнулся в ответ, но я была счастлива, потому что счет стал два-ноль в мою пользу. Я ощутила тот же прилив неожиданной радости, как тот, что затопил меня, когда ты упомянул месяцы. Ты ревнуешь. Люблю мужчин, подумала я. Я не биологический детерминист — но мужчин люблю. Ты смотрел на меня слегка нахмурившись, и при виде твоей нескрываемой досады я почувствовала, что моя вчерашняя неуверенность испаряется. Неужели, чтобы твой интерес ко мне не угас, я должна принять твою игру? Вообще-то это не мой стиль. Но, строго говоря, вся эта история была не в моем стиле.