Третей жертвой снова оказалась девушка – Матвеева Галина, двадцати двух лет. Ее обнаружил сторож местной церкви, в воскресенье, во время вечернего обхода территории. Девушка лежала на небольшом поле, позади церкви и внешний вид трупа говорил о том, что это преступление – очередное звено череды убийств, начавшейся в понедельник.
На прижизненной фотографии – красивая молодая женщина, чуть полноватая, с открытой белозубой улыбкой и искорками в глазах.
- Чертов ублюдок, - пробормотала себе под нос Городовая, - чего же ты добиваешься?!
По мере рассказа Алены, следователь становилась все более задумчивой. Четвертым трупом снова был мужчина – Шумин Андрей, тридцати четырех лет. Этот случай не отличался от предыдущих – труп был найден в сточной канаве в городском парке. Его нашла престарелая женщина, а точнее – спаниель, которого она выгуливала. Это произошло в четверг, сразу после полудня. Выглядел труп менее опрятно, что несомненно было связано с местом, в котором он был найден, но обескровлен тем же способом, что и остальные.
Во время доклада Алены об этой жертве, Городовую что-то напрягло, встревожило, но она не смогла уловить – что именно. Возможно возраст жертвы, превышающий возраст предыдущих жертв в среднем на десять лет… Что-то здесь не давало ей покоя, но чувство было только интуитивным и пока не оформилось во что-то конкретное. Сделав пометку у себя на листке, Городовая переключилась на следующую жертву, о которой уже начала повествовать Алена.
Пятый труп - снова женщина, Корнеева Елена, двадцати трех лет. Ее тело было найдено ровно через два дня после обнаружения последнего трупа. Тело обнаружили на пригорке, возле административного здания отделения полиции. В субботу в здании находилось не так много сотрудников, как обычно бывает в будний день, но все же, один из них, в какой-то момент, выглянув в окно, разглядел что-то похожее на тело человека на пригорке с торца здания. Выйдя проверить – не обнаглел ли какой-либо из местных алкоголиков настолько, чтобы завалиться спать прямо возле полицейского отделения, сотрудник обнаружил труп женщины. Труп был обескровлен, аккуратно уложен на газон и выглядел так, словно кто-то позаботился об опрятности его внешнего вида – волосы девушки расчесаны и уложены в прическу, а одежда и обувь – чисты и аккуратны.
Шестой труп был обнаружен сегодня, в понедельник, и на этот выезд Городовая выезжала уже сама и могла сделать собственные выводы. Полицейские в настоящее время работали по плану Городовой, оговоренном с Бикетовым, собирая информацию о связях и контактах последней жертвы, а также занимались поиском свидетелей по всему городу. Собранные отчеты должны были попасть на стол следователя не позднее завтрашнего утра.
Алена закончила свой доклад, в процессе которого документы и фотографии жертв расползлись по всему рабочему столу. К сожалению, в кабинете не имелось специальной доски, которой для наглядности, пользуются полицейские во время расследования – на ней вывешивают фотографии и выписывают, тезисами, всю имеющуюся информацию, появляющуюся в ходе расследования. В данном случае, такой доской служил письменный стол. В кабинете воцарилась тишина, которую нарушало лишь шуршание бумаг, поправляемых криминалистом. Городовая молча разглядывала фотографии, пытаясь ухватиться за что-нибудь, способное помочь им в расследовании. Она почерпнула из рассказа криминалиста почти все, что считала важным. Теперь ей необходимо было изучить все письменные материалы, и подумать обо всем в одиночестве. Алена, словно прочитав мысли следователя, сказала:
- О, уже почти шесть, мне нужно кое – что закончить в лаборатории до ухода домой. Я оставляю тебе все документы. Если будут какие-то вопросы – звони.
- Спасибо тебе, надеюсь, ты понимаешь – как помогла мне, - Городовая была искренне благодарна Алене за ту работу, которую она проделала. Безусловно, ее профессиональные качества заслуживали уважения. – Я обязательно позвоню позже. И еще, - Городовая сделала паузу, обдумывая – стоит ли говорить то, что собиралась, и, решившись, в последний момент произнесла, – будь осторожна, в городе орудует очень опасный убийца.
Алена кивнула, серьезно глядя в глаза Городовой, и сняв свою косуху с вешалки, молча вышла из кабинета.
Городовая встала из-за стола и подошла к одному из окон, выходившему на улицу, где, через дорогу, находилась ее временная квартира. Несколько трехэтажных домов, окруженных старыми тополями, сиротливо жались друг к дружке, а сосновый лес, начинавшийся сразу за домами, словно подчеркивал их одиночество. Следователь обратила внимание на то, что верхушки сосен довольно сильно раскачиваются, а по небу бегут серые дождевые облака. В воздухе, прямо перед окном, кружило несколько пожелтевших листьев, подхваченных ветром и уносимых туда, куда они совсем не собирались. Вот так в настоящий момент, чувствовала себя и Городовая – она не знала, куда ее несет, только чувствовала, что ветер относит ее совсем не в том направлении, в котором она всей душой хотела бы нестись. Засмотревшись на листья, она позволила себе немного подумать о том, о чем обычно думать себе не позволяла. Она осторожно впустила в сознание мысли о следователе Крашникове и их взаимных чувствах, впервые за очень долгое время. Они были такими сильными и настоящими – их чувства… даже пугающими. Да, именно. Оксана предположила, что просто испугалась тогда, и потому поспешила закончить эти отношения. Чего именно она боялась, сложно было вот так сразу понять, однако она чувствовала, что уже готова попробовать с этим разобраться. Но не сейчас. У нее будет время подумать об этом позднее.