Следователь вернулась к столу с разложенными на нем фотографиями и документами, и сосредоточилась на деле.
Почти три часа Городовая посвятила изучению всех имеющихся материалов по делам, а так же успела поучаствовать в допросе девушки, являвшейся подругой найденной утром мертвой девушки, Марины. Этот допрос ничего не дал, подруга не обеспокоилась отсутствием девушки лишь потому, что в этом не было ничего необычного – не пришла, ну и Бог с ней. Тем более, что поздно вечером к ней заявился ее дружок и думать о подруге ей было недосуг. Нет, подруга не причастна к убийству Марины, это было очевидно.
Городовая чувствовала себя немного опустошенной к концу дня, как всегда после нескольких часов напряженной работы. В документах Алены она нашла ответы почти на все вопросы, интересовавшие ее на данном этапе и это не могло не радовать. Следователь пока не знала в каком направлении в расследовании двигаться дальше, но чувствовала, что приближался момент, когда можно будет приступать к выводам. Однако, с этим спешить не стоило. Во-первых, кроме чашки кофе в обеденное время, в ее желудке ничего не было, а это не способствовало повышению эффективности работоспособности следователя. Во-вторых, нужно некоторое время, чтобы разложить полученную информацию в голове, дать ей там обосноваться, «переспать с ней», чтобы либо обнаружить ее полноту, либо понять, чего не хватает. Это был очень важный этап в расследовании и Городовая никогда им не пренебрегала. Она аккуратно передвинула разложенные на столе фотографии и бумаги, в том порядке, который был ей удобен, потратив на это еще несколько минут, после чего вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.
Проходя мимо дежурной части Городовая как раз размышляла о том, где ей поужинать, или хотя бы найти более – менее приличный продуктовый магазин, когда перед ней возник тот самый сержант, ранее предлагавший обращаться к нему, в случае чего. Сейчас на нем была гражданская одежда и выглядел он совсем иначе, нежели в форме, так что Городовая не сразу сообразила, кто перед ней. Кожаная черная куртка и синие джинсы подходили ему гораздо больше, чем полицейская форма, которая скрывала стройную крепкую фигуру мужчины. Улыбнувшись знакомому, Городовая уже проходила мимо, когда он остановил ее:
- Добрый вечер! Я смотрю, вы засиделись допоздна? Могу я вас проводить?
Городовая подумала, что глупо отказывать себе в общении с обаятельным мужчиной, тем более, что ей просто необходим кто-то из местных, который подскажет, где можно поужинать, поэтому она ответила:
- Если вы скажете мне, где в этом городе можно поесть, буду вам очень благодарна.
- Без проблем, - полицейский выглядел и вел себя намного увереннее, чем во время их предыдущей встречи, и таким он нравился Городовой гораздо больше.
6
Часы над стойкой бара, в который привел Городовую Максим – так звали сержанта, с которым она несколько раз сталкивалась дня, но к вечеру с трудом вспомнила его имя – показывали ровно девять часов, когда они заказали по говяжьему стейку и кружке темного пива. Бар оказался довольно приличным, и все столики к этому времени были уже заняты гостями, так что Городовой и ее новому знакомому ничего не оставалось, как ужинать прямо за барной стойкой.
В следующий раз, когда Городовая взглянула на часы, они показывали уже одиннадцать часов вечера. Это обстоятельство повергло ее в самый настоящий шок, потому что два часа пролетели словно несколько минут. Благодаря обаянию сержанта, его чувству юмора и таланту рассказывать истории, Городовая провела время так хорошо, как не проводила его очень давно, ни разу не вспомнив ни о чем, что могло бы омрачить ее настроение. Следователь уже забыла, как приятно проводить время в компании интересного и симпатичного мужчины, в добавок, этот вечер напомнил ей о том, что она все еще может быть вполне приятной в общении женщиной и способна произвести впечатление. За эти два часа они с Максимом так много говорили, и настолько были заняты друг другом, что заказанные ими стейки остыли почти не тронутыми, а пиво так и осталось не допитым. Они говорили обо всем на свете, смеялись над шутками друг друга, при этом, только вскользь коснувшись обстоятельств, которые привели к этой встрече. Городовая так привыкла к тому, что ее мысли всегда были заняты тяжелыми размышлениями, сожалениями или какими-либо проблемами, что она была бесконечно благодарна Максиму за этот легкий, светлый, необычный и волнительный вечер, и ей хотелось, чтобы он длился как можно дольше.