Все эти вопросы пока оставались без ответа. Следователи решили предпринять попытку прояснить ситуацию с другой стороны этого запутанного семейного многоугольника – у родителей Маркиной Валентины, убитой примерно в то же время, что и Павел Лавров, являвшийся с большой долей вероятности, ее братом.
Вернувшись в «основной» поселок, как называли его местные по причине того, что здесь была сконцентрирована большая часть всей скудной инфраструктуры города, следователи подъехали к трехэтажке, копии той, в которой они сами снимали квартиру, однако намного более обшарпанной и обветшалой. Выйдя из машины и оглядевшись вокруг, Городовой стало невыносимо тоскливо от того, в каких условиях вынуждены жить люди. Здесь было еще более уныло, чем во всех других частях города, хотя, казалось, подобное уже просто невозможно. Несколько обглоданных насекомыми кустов посреди двора, железная горка без лестницы, краска на боковинах которой облупилась до такой степени, что ее цвет нельзя было определить наверняка, песочница без грибка, с полусгнившими скамеечками, куда ни одна уважающая себя мамаша не отпустит поиграть своего малыша… Жильцы этого двора явно прикладывали усилия к тому, чтобы, несмотря на нищету, их двор хотя бы был чистым: ни мусора, ни опавших листьев или чего-то в этом роде, заметно не было, все урны и лавочки находились на своих местах, но, от всего этого веяло всепоглощающей безысходностью и отчаянием. Деньги на обустройство этого двора и детской площадки, по всей видимости, в последние лет двадцать, оседали в карманах местных чиновников. Детям, наверняка, тошно было выходить на улицу, и потому вокруг можно было заметить только нескольких кошек, греющихся в лучах редкого для этих мест, солнца, да бабулек, вышедших из своих убогих квартир в погожий денек, чтобы посудачить о соседях, и теперь с подозрением косившихся на незнакомцев, растревоживших их привычное времяпрепровождение. Именно к этим бабулькам и направились следователи, справедливо рассудив, что если кто и знает об интригах и хитросплетениях событий и судеб этого городка, то только эти умудренные долгими годами жизни, стражи дворового порядка.
- Добрый день, - Городовая приветливо улыбнулась пожилым женщинам.
- Добрый, добрый, - ответила ей бабулька в пестром платке, судя по всему, лидер этой престарелой группировки. – Чьих будете?
- Меня зовут Городовая Оксана Евгеньевна, а это Крашников Дмитрий Сергеевич – мы следователи, приехали из столицы, чтобы оказать содействие местным полицейским в расследовании преступлений, произошедших в вашем городе.
В течение нескольких секунд бабушка-лидер недоверчиво разглядывала служебные удостоверения следователей. Наконец, она удовлетворенно кивнула:
- Понятно. Меня зовут Зинаида Сергеевна, живу в этом самом доме с шестьдесят четвертого года, - бабуля произнесла это с гордостью, - по какому поводу к нам пожаловали?
- У нас несколько вопросов к родителям Валентины Маркиной, знаете таких?
- Да знаем, как же не знать… Во втором подъезде живут, да уж лет двадцать как…
- Нету их, - подала голос одна из старушек, сидевших на лавочке. – Уехали они с утра, до воскресенья будут. Родня у них в Городе...
Городом местные жители называли не свое поселение, а районный центр, где работала большая часть местного населения. Старушка тем временем продолжила:
- С тех пор как Валю-то убили, ее мать одна не бывает – то родственники у нее, то она у них…
- Понятно, жаль… - Городовая не знала, что еще сказать в данной ситуации, но тут в беседу вступил Крашников.
- Уважаемые, а не могли бы вы оказать помощь следствию и рассказать о семье Валентины, как соседи, давно их знающие… Для успешного расследования нам необходимо собрать как можно больше подробностей о семьях погибших молодых людей, не думаю, что родители убитой девушки будут против.