- Добрый день, - Городовая приветливо улыбнулась пожилым женщинам.
- Добрый, добрый, - ответила ей бабулька в пестром платке, судя по всему, лидер этой престарелой группировки. – Чьих будете?
- Меня зовут Городовая Оксана Евгеньевна, а это Крашников Дмитрий Сергеевич – мы следователи, приехали из столицы, чтобы оказать содействие местным полицейским в расследовании преступлений, произошедших в вашем городе.
В течение нескольких секунд бабушка-лидер недоверчиво разглядывала служебные удостоверения следователей. Наконец, она удовлетворенно кивнула:
- Понятно. Меня зовут Зинаида Сергеевна, живу в этом самом доме с шестьдесят четвертого года, - бабуля произнесла это с гордостью, - по какому поводу к нам пожаловали?
- У нас несколько вопросов к родителям Валентины Маркиной, знаете таких?
- Да знаем, как же не знать… Во втором подъезде живут, да уж лет двадцать как…
- Нету их, - подала голос одна из старушек, сидевших на лавочке. – Уехали они с утра, до воскресенья будут. Родня у них в Городе...
Городом местные жители называли не свое поселение, а районный центр, где работала большая часть местного населения. Старушка тем временем продолжила:
- С тех пор как Валю-то убили, ее мать одна не бывает – то родственники у нее, то она у них…
- Понятно, жаль… - Городовая не знала, что еще сказать в данной ситуации, но тут в беседу вступил Крашников.
- Уважаемые, а не могли бы вы оказать помощь следствию и рассказать о семье Валентины, как соседи, давно их знающие… Для успешного расследования нам необходимо собрать как можно больше подробностей о семьях погибших молодых людей, не думаю, что родители убитой девушки будут против.
Пока Крашников произносил свою речь, бабушки с интересом таращились на него, не смея перебивать. По какой-то причине он всегда производил особый эффект на женщин старше пятидесяти лет. Это была очень забавная особенность, иногда играющая с ним дурные шутки, но иногда оказывающаяся чрезвычайно полезной в расследованиях.
- Ну… - престарелая женщина, являвшаяся лидером, на глазах размякла и даже, казалось, немного смутилась, - отчего же не помочь… Тем более, что мы на самом деле, давно их знаем…
- Да чего рассказывать-то, - буркнула одна из старушек, до вступления Крашникова делавшая вид, будто не имеет никакого интереса к разговору. – Семья как семья, дети, родители… Девчонка-то уже больно хорошая была – и общительная, и заботливая… Всегда спросит – как дела, как здоровье… - Ее товарки в это время согласно поддакивали и кивали головами, подтверждая рассказ. - Мама ее – Маргаритка, тоже всю жизнь на глазах у нас – работала, дочку поднимала… Отец-то тоже порядочный. Работает, не пьет, не гуляет, вот только с вахты вернулся, а тут такое…
- Хорошо, но нас интересует не только красивая картинка… Ведь вы знаете о своих соседях намного больше, - Крашников осторожно подбирал слова, чтобы не спугнуть осведомительниц.
- Так не все скажешь-то… - одна из бабулек весело хохотнула, заворожено глядя на следователя. Да, Крашникову всегда с легкостью удавалось завоевать внимание аудитории пятьдесят плюс.
- Я понимаю, - Крашников чувствовал, что еще немного и они расскажут нечто интересное, и решил немного их подтолкнуть. – Видите ли, мы проверяем одну пикантную деталь биографии матери убитой Валентины – Маргариты Сергеевны…- Бабушки внимали следователю, словно миссии. - Сколько, говорите, лет она здесь прожила?
- А, понятно, – слово снова взяла лидер пенсионерок, - вы про то, что она в молодости разбитная была? Так это уж давно было, еще до того как Вальку родила, по молодости-то с кем уж не бывает....
- Согласен, с кем не бывает… но нас интересует любая информация о жертвах преступлений и их родственниках. Ведь кому как не вам знать, что из прошлой жизни бывают очень неприятные приветы…
- Да ведь и правда … а вдруг Вальку какой-нибудь бывший дружок Маргариткин прибил? Батюшки, что делается-то…